— Выходные от собственного ребенка? Не бывает, — я покачала головой. — Знаете… мне просто страшно, что какой-либо из дней может стать последним…

— Какие глупости! — Алексей Владимирович подошел и посмотрел на меня недовольным взглядом. — У Егора отличные шансы. Пока мы поддерживаем его состояние с помощью переливания крови, организм справляется с нагрузкой, — воинственно заявил он.

— Спасибо большое, что идёте мне навстречу и позволяете быть с ним, потому что я прекрасно понимаю, что это своего рода опасность и вы несете ответственность… Но я не могу не работать, и не могу не приходить к сыну.

Катя, наша няня, она приглядывает за ним, когда я нахожусь на работе. Я плачу ей хорошие деньги, чтобы она больше не искала никакой подработки и по возможности не контактировала с другими людьми. Не знаю как надолго ей хватит терпения… Но ведь это все, — я обвела взглядом стены кабинета. — Стоит недёшево, а я верю, что Егор выйдет отсюда здоровым мальчиком. Столько ужасов насмотрелась, что… — мой голос осекся и я опустила глаза.

Алексей Владимирович поставил передо мной чашку с ароматным напитком, я чувствовала на себе его пристальный взгляд.

— Скажу банальность какую говорю многим: всё будет хорошо, — спустя долгое молчание услышала его уверенный голос. — Мы будем бороться до конца, пока не победим болезнь. Не зря ведь ваше имя означает победу. Вижу вы сильная женщина. Тем более одна несёте груз ответственности на своих плечах… Это дорогого стоит, — подняв голову, я заметила, как в его глазах на мгновение мелькнуло восхищенное выражение.

— А вы женаты? — вдруг спросила я, но не ради личного интереса, а потому что заметила рамку на столе с фотографией, на которой молодая девчушка лет четырнадцати широко улыбалась.

— Был женат. Развелся пять лет назад. Дочь и бывшая жена живут за границей.

— Извините… — я перевела взгляд на снимок и отвернулась от мужчины.

— Да нет, все нормально. Жена выбрала менее занятого мужчину и надеюсь счастлива в новом браке.

— А дочка? — я бросила быстрый взгляд на погрустневшее лицо врача.

— Она приезжает иногда на неделю или две в мои отпуска. Уже выросла. Ей пятнадцать лет. Мы молодыми были, когда поженились. Сразу родили Веронику. Прошли огонь, воду и медные трубы.

А потом в один день поняли, что совсем чужие люди друг другу… Так бывает.

— Я тоже Егора родила рано. Поначалу было очень тяжело. Но в итоге я выкарабкалась и думала, что все трудности позади, но… — поджала губы и замолчала.

— Значит так было необходимо. Но мы будем бороться и я не приемлю видеть смирения и горечи в глазах родителей. Ребёнок не должен видеть ваших переживаний. Он все чувствует и пока у вас есть вера в благоприятный исход это помогает ему бороться вместе с вами. Не отпускайте рук.