Да, бывают ошибки природы, вроде гермафродитизма…

– Да что ж вы так кипятитесь, дорогой Игорь Анатольевич! Мне эти веяния тоже не больно-то по вкусу, но…

– Какое тут может быть «но», дражайшая Светлана Константиновна? Я когда смотрю на все это, хоть и атеист, волей-неволей напрашивается вывод: бога забыли!

Ужин подходил к концу. Игорь Анатольевич извинился, встал из-за стола и куда-то вышел. Вернулся минут через пять.

– Игорь Анатольевич, я привыкла сама за себя платить. Ивушке тоже это внушаю…

– Поздно, дамы, я уже расплатился. Я вас сюда пригласил, следовательно… И вообще, дамы, мы в России. У нас пока еще мужчина платит. А я, как вам уже известно, традиционалист и консерватор.

– Ну, если вопрос так стоит…

– А уже он не стоит, я расплатился.

– А почему вы, доктор, не водите машину?

– Вожу. Но у меня ее сейчас нет.

– Эх, видели бы вы, на каком «майбахе» ездит доктор Шбайнер, который меня оперировал…

– Я в этот момент должен горько пожалеть, что не уехал в Швейцарию?

– Господи, Игорь Анатольевич, я просто вспомнила… Не принимайте все на свой счет, – кокетливо проговорила дама.

– Ива, ты отвезешь маму? – решил перевести разговор доктор Симачев.

– Да, конечно, – пробормотала Ива, понимая, что сегодня лучше держаться от него подальше, – И я заночую у мамы.

Он вызвал такси и поехал домой, дрожа от раздражения. Никаких других чувств знакомство с потенциальной тещей в нем не вызывало.

– Ива, девочка, зачем он тебе нужен? Он же примитивный хам! И он человек другого поколения, другого круга!

– Да что там любить! Я допускаю, что он хорош в постели, опытный, анатомию хорошо знает, но это ведь недолговечно, через год-другой или ты надоешь или он тебе, а дальше что? Твои-то годы уходят… И у меня сложилось впечатление, что он тебя не любит…

– Мне иногда тоже так кажется, – горько вздохнула Ива. – Но я не теряю надежды, что полюбит… Я стараюсь…

– Не понимаю, откуда в тебе эта русская бабья покорность злой судьбе? Брось, это нынче не модно!

– Ах, мама, ты ничего не понимаешь! – взорвалась девушка. – Я уже взрослая, самостоятельная, и вполне обойдусь без твоих нравоучений и европейских ценностей.

– Боже, какая же ты дура!

На этом мать и дочь расстались, как обычно, недовольные друг другом. Ива решила поехать к себе. Пусть Игорь остынет.

Рыжик выбежал навстречу хозяину.

– Что, малыш, соскучился? А я как соскучился! Черт бы подрал этих баб! Эта мамаша – кошмар какой-то! И нам ее предлагают в тещи?! Да ни за какие коврижки! Зачем я вообще согласился на эту встречу? Дурак набитый! Хочет девчонка со мной спать? Да ради бога! Хочет тут куховарить? На здоровье! Но жениться?! Нетушки, мои детушки! Хватит с меня! Пусть я последняя сволочь, но…

Он лег спать, но долго не мог уснуть, раздражение не покидало его.