Он обдумал это, затем кратко кивнул.

По непонятной причине его согласие раздосадовало ее больше, чем если бы он стал спорить.

— Если ты собираешься обвинять меня в мошенничестве, тогда сделай это, — выпалила она. — Ты не сможешь ничего доказать, и мы оба это знаем, так что, чем скорее ты выставишь себя дураком, тем лучше для меня, потому что тогда я смогу уйти и больше тебя не видеть…

— Я не стану выдвигать против тебя обвинений, — прервал он. — Ты права. Я ничего не могу доказать.

Его неожиданное признание поставило ее в тупик.

— Тогда зачем ты тащил меня сюда всю дорогу?

— Я сказал, что не могу доказать, что это сделала ты.

Но это не означает, что ты невиновна. — Он направил на нее острый оценивающий взгляд. — На самом деле, ты чертовски виновна. Использование своих сверхъестественных способностей в азартной игре — жульничество, безупречное и простое.

— У меня нет… — непроизвольно она начала отрицать, что обладала телекинезом, но он поднял руку, чтобы остановить ее.

— Именно по этой причине я «изнасиловал твой мозг», как ты это назвала. Я нуждался в дополнительном источнике силы, чтобы удержать огонь, и я знал, что ты одарена этой силой — но был удивлен, выяснив, сколько ее у тебя.

Ты не можешь утверждать, что не знала об этом. У тебя слишком много мощи, чтобы считать себя лишь простым везунчиком.

Лорна едва ли представляла, как реагировать. Его невозмутимое признание того, что он сделал с ней, снова заставило ее почувствовать ярость, но утверждение, что она была «одарена», настолько встревожило, что она вынуждена была тряхнуть головой, прежде чем он закончил говорить.

— Числа, — выпалила она.

— Я хороша с числами.

— Но это все! Я не гадаю и не читаю на кофейной гущи или что-то в этом роде! Я не знала, что случится одиннадцатого сентября…

Но в течение нескольких дней перед атакой ей «виделись» номера рейсов врезавшихся самолетов. Когда она пробовала набрать телефонный номер, то вместо него набирала номера рейсов тех самолетов.

Это специфическое воспоминание всплыло, как выпрыгивающий из воды лосось, и ее сковал холод. Она не думала о номерах рейсов с тех пор. Она так глубоко похоронила эти воспоминания, что они не причиняли ей беспокойства.

— Убирайтесь, — прошептала она воспоминаниям.

— Я никуда не уйду, — сказал он. — И ты тоже. По крайней мере, не сразу. — Он вздохнул и с раскаяньем взглянул на нее. — Снимай свою одежду.

— Не хочу! — завизжала Лорна, отступая от него так далеко, насколько могла, что, конечно же, было вовсе не далеко.

— Вероятно, я тоже, — иронично ответил он, придвигаясь ближе к ней. — Но ничем не могу помочь. Слушай, я не собираюсь нападать на тебя. Просто сними свою одежду и закончим с этим.