— Ни слова больше, я не хочу этого слышать, — его голос сипнет, а глаза наполняются слезами. Впервые вижу, как мой сильный муж плачет, и мне хочется все ему объяснить.

— Нет! — рычит мне в лицо, притягивая за шею к себе. — Как ты могла, Лисичка? — шепчет мне, стирая пальцами другой руки поток слез из моих глаз. И я с ужасом понимаю, что он уже вынес мне приговор. А самое страшное, что я сама не могу объяснить, как сюда попала и что произошло. В памяти вспыхивает только клуб, где я танцевала с подругой, алкоголь, веселье, а потом полная темнота и мое пробуждение в этом месте. Он продолжает сжимать горло, а у меня разрывается душа от дикой боли в его глазах, словно он в агонии. — Чего тебе не хватало? — спрашивает, продолжая стирать мои слезы вдавливая пальцы в щеку. — Я думал, ты моя чистая девочка, я готов был сдохнуть за тебя, а ты оказалась обыкновенной шлюхой, — всхлипываю, обхватив его руку у меня на шее, потому что задыхаюсь. Закрываю глаза, отказываясь верить в происходящее. Я хочу проснуться и понять, что это просто кошмар. Он ослабляет хватку, и я хватаю воздух, но Марк опять сжимает мою шею, причиняя боль.

— За что, Вероника?! За что?! — уже кричит мне в лицо, а я смотрю, как с его глаз скатывается слеза. Меня разрывает от его боли и агонии. Кажется, мы умираем вместе, по неизвестной причине, резко и внезапно, сбитые волной обстоятельств.

— Ма… — хриплю, впивая ногти в его руку, пытаясь ослабить хватку.

— Молчи, Лисичка… — уже ласково произносит он, а мне становится холодно, будто в комнате резко упала температура. По телу проходит озноб и меня начинает трясти.

— Я любил тебя, как никогда в жизни, а ты, тварь, облила меня грязью…

В комнате резко открываются двери и забегают какие-то люди. Мужчины в форме и женщины. Они отрывают от меня Марка скручивают, утыкая лицом в пол, а ко мне подлетает женщина и накрывает одеялом. Это потом я пойму, что это была полиция и охрана отеля, а сейчас я не отпускаю взгляд мужа и буквально молю его заглянуть мне в душу и понять, что я никогда его не предавала …

Как быстро может разрушиться то, что казалось нерушимым. Как быстро цветной мир может стать черно-белым или даже серым и монотонным. Меня все игнорировали. Я жила в полном неведении и чувствовала себя умалишенной. Марка закрыли в СИЗΟ, а Аркадий в больнице, ни в одно из этих мест меня не пускали. Начальник Марка твердит, что к мужу нельзя, но он делает все возможное, чтобы вытащить его на свободу. А я не могу спокойно сидеть дома. Мне нужно восстановить тот страшный вечер, чтобы доказать Марку, что я не совершала того, в чем он меня обвиняет.

Я помню, как мы танцевали с подругой, пили мартини и шампанское.