Церемониймейстер в тот раз визжал так долго, что неделю потом говорить не мог и только хрипел. Забавно было!

Герцог двинулся к нам, отчаянно стараясь не косить глазом на мою младшенькую… Бедный, так и косоглазие заработать можно.

– Рад приветствовать знаменитого полководца! – начал отец.

Далее – обмен любезностями. Затем представили меня – и герцог за обходительной, но кривой улыбкой едва сумел скрыть недовольство. Обмен любезностями продолжался. Жаркие уверения герцога в том, что я самая-самая прекрасная, сопровождались кривыми минами и плохо скрываемыми смешками придворных. Гневный взор отца – и смешки придворных стихли. Поздно! Баронесса Тариго ловит мой мстительный взгляд и бледнеет. Да, я злая и мстить умею… теперь ее прошение о приеме сыночка в королевскую гвардию получит гарантированный лично мной отказ!

– Ваше высочество… – от созерцания всего этого унылого бреда меня отрывает шепот секретаря Свейтиса, – срочное донесение из Готмира.

Бросаю быстрый взгляд на отца, тот понимающе кивает, и срываюсь с места, проскальзываю в тайный проход за тронами. Когда дело касается государственных проблем, нескладная принцессочка уступает место мне подлинной – сильной, властной и расчетливой наследнице престола.

– Где гонец? – торопливо спрашиваю, следуя за секретарем.

– У лекаря, он ранен.

– Ясно! – обгоняю Свейтиса, и через несколько минут я уже в белой больничной палате лекаря. – Рамиль! – Гонца я знаю, это заместитель нашего управляющего по шахтам. Сейчас израненный маркиз Рамиль Игронто меньше всего походит на аристократа. – Что случилось?

– Ваше высочество… – шепчет бледный маркиз.

– Отставить титулы, докладывай быстро и по существу!

Он доложил… Он так доложил, что лучше бы вообще по дороге издох! Новости были впечатляющими: перевал Гросса захвачен наемниками! Рабочие захвачены и сброшены в Готмир, без надежды на возвращение, оборонные сооружения разрушены! Партия голубой стали для отправки в Оитлон укатила в неизвестном направлении… Потрясающе просто! Когда я спустя полчаса докладывала сии известия отцу, тот вообще за голову схватился и несколько минут стонал. Терпеливо позволяю ему упиваться страданиями несколько минут, затем обрываю уверенным:

– Рамиль не знает, кому подчиняются наемники, но сдается мне, это Динар – как всегда! – В отличие от отца я реагирую более спокойно, потому что уже просчитываю варианты.

– Катриона! – отец продолжает стонать.