– Это не было поцелуем. Поверь, если бы я к ней что-то чувствовал, то закончил бы все, что между нами происходит, еще до этой гребаной ночи. Понимаешь? Я не собираюсь тебя обманывать. Если случится что-то подобное, то я не буду жалеть твою тонкую душевную организацию и скажу прямо.

– Разве я говорила что-то о чувствах? Нет. Спать с кем-то можно и без них.

– Хочется спросить, не из личного ли опыта, – он проводит пальцем по моей щеке, шее, обхватывая горло ладонью. – Но у меня нет такой возможности.

– Жалеешь, что не можешь окунуть меня лицом в помои? – уголки моих губ ползут вверх. Все снова закручивается волчком. Я чувствую, что стою на пороге чего-то нового. Наша игра снова началась. И теперь она явно будет жестче.

– Вот и отлично. Домой отвезешь?

– Попридержи руки, Андрей. Мне явно нужно все обдумать.

– Еще не знаю. Посмотрим, – пожимаю плечами и убираю его ладонь от своей шеи. – А вообще, ответь мне на один вопрос. Если бы вся эта ситуация произошла со мной, как бы ты отреагировал? Что бы сделал, видя вот такой «не поцелуй», м?

Ирка притащилась в мою спальню почти сразу, как только я ушел из бассейна. Не успела закрыть дверь, а уже стоит передо мной в одних трусах, переступая через свое мокрое платье. Волосы склеились, макияж слегка потек. Это не сделало из нее уродину. Если не опираться на наше прошлое и то, как мы расстались, то Веселова красивая. Определенно.

Не сказать, что я ее не ждал, просто в какой-то момент в голове промелькнула мысль, что она хоть немного поумнела. Нет!

Ирка по-прежнему осталась собой. Дурная и бестактная.

– Ты так быстро сбежал. Неужели у тебя с ней серьезно?

– Андрюша, – она цокает языком, мелодично хохочет и набрасывает на голые плечи мою сухую сорочку, что лежала на кровати. – Ни за что не поверю, что она для тебя что-то значит. Прости, – сводит густые брови на переносице, – но я всегда вижу, когда ты врешь.

Ее мелкие шажки окончательно стирают те пару метров расстояния между нами.

– Разве ты не скучал? Я – очень. Милый, – она целует в щеку, вскользь касается губ, оставляя отпечатки алой помады. – Любимый, еще раз с днем рождения. Я так скучала. Прости, что не вернулась с тобой сюда сразу… Я правда так об этом жалею.

Ее елейный голос раздражает. Она вся меня дико бесит. Когда-то я думал, что люблю ее, а теперь не чувствую ничего кроме отвращения.

Мы встречались почти восемь лет, но сейчас она не больше чем инородный сгусток. Где-то в глубине души я пытаюсь отыскать хоть какое-то, может быть поверхностное, чувство теплоты, но нет.

Меня ни капли не трогает ни ее присутствие, ни ее прикосновения. Ничего.

Ира снова привстает на цыпочки. Стирает помаду тыльной стороной ладони, не забывая улыбнуться.

– Я помню, тебя бесит эта дрянь на губах.

– Какая хорошая память, – обхватываю ее горло.