Почему-то сейчас я уже отказываюсь в это верить, хотя всю неделю, напротив, накручивала себя до бессонницы тем, что Андрей психанет и просто отберет у меня ребенка. Он же может. Потому что ни черта не умеет контролировать свою злость.

Что, если это конец? Если он действительно пришел поставить точку.

– Я тебе ее не отдам. Слышишь? – складываю руки на груди. Инстинктивно закрываюсь от Андрея. Может быть, так буду чувствовать себя хоть немного сильнее…

Только вот вся бравада тает, стоит ему сделать еще один шаг. В глазах встают предательские слезы. Меня ведет. Едва успеваю упереться ладонью в стену, чтобы не рухнуть на паркет.

– Пожалуйста, – шепотом.

– Ты тут совсем умом тронулась?

Андрей тянет меня на себя. Заталкивает в кухню и, надавив на плечи, вынуждает сесть на стул.

В этот момент все словно поворачивается на сто восемьдесят градусов. Даже тускло освещенная лучиками солнца кухня кажется ярче.

– Вещи собирай. Мы возвращаемся домой.

Смотрю на него заплаканными глазами и уже совсем ничего не понимаю. Возможно, сразу после: «Я ее забираю» звучало и: «Тебя, кстати, тоже». Только вот я пропустила это мимо ушей, потому что в глазах резко потемнело от паники. Он открыто сказал, что заберет ее… И все, что было дальше, меня уже мало интересовало. В голове загорелась лампочка – опасность.

– Ты слышишь вообще?

Панкратов присаживается передо мной на корточки.

– Еся, – берет за руку. От этого прикосновения тело пропускает через себя заряд тока.

Вздрагиваю. Веду тыльной стороной ладони по щеке и часто дышу.

– Зачем ты приехал? – спрашиваю, еле разлепляя губы.

– Мириться, – Андрей выпрямляется и, заметив пустую кружку, ставит ее передо мной. Щелкает кнопку чайника, и тот начинает тихо шуметь. – Но у меня складывается стойкое ощущение, что ты меня боишься, – бегло осматривает меня с ног до головы. – С чего ты решила, что я должен забрать у тебя Майю?

– Ты же не оставишь ее, если мы разведемся, – выпаливаю не думая.

– То есть мы еще и разводимся, – на его лице мелькает улыбка, – это я удачно зашел.

– Прекрати, – сглатываю и отвожу взгляд. Выгляжу дурой, наверное. Но пока действительно ничего не понимаю. Когда он появился на пороге, от него на километр веяло опасностью. Андрей злился, я это чувствовала. Люди не ведут себя так, когда приходят мириться. – Ты сам сказал, что ее забираешь.

– И тебя тоже, – добавляет слегка удивленно, проговаривая эти слова по буквам.

Андрей наливает мне чай и придвигает кружку ближе. Расстегивает верх рубашки и быстрыми движениями закатывает рукава до локтя.

– Я тебе не изменял, повторюсь на всякий случай, – чуть прищуривается. – Меня кинул партнер, как я тебе уже говорил. Подставил на все деньги, что у нас с тобой были. Это произошло в день рождения Майи.