Ник подплыл ко мне и кружил рядом, а мне осталось только удивляться его выносливости и силе, с которой он и Коннор могли преодолевать большие расстояния на хорошей скорости.

Мы путешествовали по океану уже вторые сутки, заплывая на маленькие острова или атоллы, окруженные лагунами – сверкающими бирюзовыми опалами, а лагуны – маленькими островками-моту. Я с восторгом ходила по белым и черным песчаным пляжам, необыкновенно мягким, прямо-таки ласкавшим ступни. Запрокинув голову, любовалась кронами огромных деревьев, дарившими освежающую тень и прохладу в солнечный зной.

Мы делали небольшие остановки и шли дальше. Вот и сейчас остановились, чтобы поплавать, и барахтались в воде как маленькие. Но до чего было здорово и весело в нашей маленькой и дружной компании. Мои спутники не стеснялись проявлять чувства, особенно Коннор с Изабель, которые все время были вместе, постоянно прикасались друг к другу, будто не виделись многие месяцы. Они много рассказывали о стране, где жили и, недолго думая, предложили мне погостить у них. Ник вообще предложил переехать к ним, о чем я, улыбнувшись, пообещала подумать.

Оказалось, у такой молодой пары уже есть двое детей, которые сейчас находятся под присмотром дедушки и всего клана. Родители Изабель и Ника погибли, когда те были совсем юными, как и мать Коннора, что меня потрясло и окончательно сблизило с ними. Причем на вопрос: «Как это произошло?» я получила весьма странный ответ: «Во всем виноваты люди, они уничтожают все, что им непонятно или чего боятся». Уловив, что эту тему шотландцы не хотят обсуждать, я перевела разговор на другую. Единственное «но»: время от времени замечала, как кто-нибудь из Макгрантов смотрит на меня озадаченным или оценивающим взглядом.

Отдохнув в шезлонгах после легкого обеда, мы собрались идти дальше, как только Коннор с Ником вылезут из воды. Они отплыли уже на приличное расстояние, когда мы с Изабель увидели стремительно приближающиеся к нам две большие моторные лодки. Тревожно забилось сердце, вдруг всплыла мысль о том, что в здешних водах могут водиться пираты. Когда до моторок оставалось пару сотен метров, на яхту поднялись наши мужчины и, кивнув Изабель, приготовились к встрече нежданных гостей.

Изабель взяла меня за руку и потянула в каюту. Оглянувшись, я отметила, что лодки с чернокожими полуголыми людьми на борту уже в непосредственной близости. К нам действительно «пожаловали» пираты, обвешанные патронами, огнестрельным и холодным оружием, как новогодние елки. Они весьма недружелюбно взирали на нас. В тридцатиградусную жару меня пробрал мороз – представила, что нас ждет в руках этих людей.

В каюте я сначала услышала, а потом и почувствовала, как качается наша яхта под весом взбирающихся на борт пиратов.