Будь тут замешаны военные, ее подкараулили бы в подворотне и застрелили из какой-нибудь «Гюрзы». Или утопили в первой же канаве. Хотя сложно поверить в то, что дядя Боря – злодей, готовый убивать направо и налево лучших подруг своей дочери.

Она вспомнила Генчика и его мамулю. Тут тоже неясно – замешаны они или нет. Возможно, кто-то нанял их для того, чтобы они втащили ее на теплоход. Зачем же было втаскивать? Нет, в самом деле – что мешало типу с татуировкой укокошить ее еще до того, как она пришла в себя? Или один человек усыпил их с Николь, а другой решил после этого убить? Белиберда какая-то.

И куда подевалась Николь? Сначала ее отправили в автопробег в Крым, а когда она вернулась в Москву, украли? Или, не приведи господи, убили? Если кто-то хотел не пустить Николь в бизнес-круиз, мог опоить ее снотворным и просто запереть в каком-нибудь подвале. А если – вдруг! – дело в дяде Боре и его темных делишках, то при чем здесь Богдан? Он бесследно исчез после того, как Николь забрала его тем же утром из фитнес-клуба. Возможно, Николь знает, где Богдан. Возвратившись в Москву из Крыма, она связалась с ним, они встретились и… И что? Куда-то уехали вдвоем? Нет, пока что-то не получается разобраться со всей этой чертовщиной.

Вероника моргнула и вернулась к реальности. И сразу же поняла, что они подъезжают к порту. Открывшийся вид заставил ее на некоторое время позабыть обо всех своих горестях. Синее море, ослепительное солнце, белые корабли – все, что ты и предполагаешь увидеть, но от чего каждый раз захватывает дух. Когда Вероника выбралась из машины наружу, то первым делом глубоко вдохнула, наслаждаясь упоительным запахом моря.

Территория порта была огромной, на рейде стояло несколько круизных судов, одно из которых оказалось размером с египетскую пирамиду.

– Вот и наше плавсредство, – будничным тоном произнес Медников. Лицо его не выражало ровным счетом никаких чувств. Он только слегка усмехнулся, когда Лидия сообщила, что ненавидит чаек.

Чайки и в самом деле десятками носились над морем и истерически орали – прямо как злые няньки на непослушных детей. Пахло морем, водорослями, горячим песком и смолой. Веронике чудился еще и сладковатый запах горячего миндаля, и она все втягивала и втягивала в себя воздух, не в силах остановиться.

Лайнер, на котором им предстояло отправиться в плавание, стоял чуть в стороне от всех остальных, у длинного пирса. Он назывался «Золотая принцесса» и вблизи заслонял собой солнце и половину неба. Казалось, эта грациозная туша просела до самого дна и не сможет плыть, а будет скрести брюхом по песку. Сотни маленьких разноцветных человечков оккупировали его, рассыпались по палубам и победно смотрели сверху на окружающее их великолепие.