– Вероника на чем свет проклинала обстоятельства. Если бы не ДТП, она к этому моменту уже поговорила бы с подругой.

– К кольцу была приложена карточка с посвящением: «Моей бесподобной Николь», – немедленно отклонил ее версию Медников-старший.

– И никаких следов Богдана? – уточнил Эдуард.

– Никаких, – подтвердил его старший брат. – Нет и следов борьбы. Квартира не взломана, все в порядке. Все ценные вещи на месте.

– И что нам теперь делать? – спросила Овсянкина, поерзав на своем месте.

– Вам – ничего, – отрезал Медников-старший. – Впрочем, можете поискать моего помощника.

 – Посмотрел на Веронику и бросил: – А вы, молодая леди, всегда, слышите, всегда должны отвечать на мои звонки и являться по первому зову. И не пытайтесь сбежать, будет только хуже.

С этими словами он встал, взял со стола конверт и стремительно удалился.

– А поесть теперь можно? – громким шепотом спросила Жанна у мужа.

Вероника совсем не хотела есть. А вот выпить ей не помешало бы. Когда Гаврилов в очередной раз прислал сообщение с вопросом: «Вы в порядке?», она лаконично ответила: «Кое-что случилось. Буду в своей каюте». Следующее послание гласило: «Очень хорошо».

Вероятно, это означало, что Гаврилов вряд ли присоединится к ней сию же секунду. «Интересно, что за ответный удар он приготовился нанести бывшему партнеру? – подумала Вероника. – Надеюсь, не удар кулаком в нос. Проблем и так выше крыши».

Не успела она вернуться к себе, как пришло долгожданное сообщение от Маринки. Подруга ждала звонка. Вернее, ждали звонка обе ее подруги. Наконец-то!

Когда на экране появилась взволнованная физиономия Николь, Вероника даже прослезилась. Выглядела та великолепно, казалась свежей и румяной.

Хотя одета была в джинсы и простую футболку, а волосы небрежно собрала на затылке. Увидев ее, Вероника картинно воздела руки к небу:

– Ну, здравствуй, душа моя! – воскликнула Николь. – Скажи, пожалуйста, за каким дьяволом ты полезла в самолет к Медниковым? Тебя попросили заменить меня на конгрессе, а ты что удумала?

– Я ей говорила, – встряла маячившая на заднем плане Маринка. – Но разве она послушает?

– Ты такую кашу заварила, – поддержала подругу Николь.

Девчонки сидели на открытой веранде, сад за их спиной лежал в легких дымчатых сумерках.

Старая груша уронила одну ветку на перила и в вечерней истоме едва-едва шевелила листьями.

– Речь сейчас не обо мне, – перебила Вероника. – А о тебе. И о том, что с тобой случилось. Эта записка со скворечником… И откуда, блин, вылез Кисляков?! И где Богдан? За него только что потребовали выкуп! А меня разоблачили. Медников вывел меня на чистую воду.

Она вкратце рассказала о том, что произошло в ресторане.

– А какой просят выкуп? – поинтересовалась Маринка, сунув нос прямо в камеру.

– Понятия не имею.