Потом мы прощаемся, и я возвращаюсь в участок. Зарываюсь в делах, но всё время обдумываю то, что сказала мне Лив.

Неужели я правда люблю друзей больше, чем её?

Нет… Наверное, нет… Они были мне поддержкой последние несколько лет. Они заменили мне семью, которую я сам разрушил. Но я не переставал любить сестру. И не переставал приглядывать за отцом…

Лив ошибается, считая, что они мне дороже всех. Так же, как и в том, что мы дружим со старшей школы.

С одним из них мы познакомились намного раньше. И даже странно, что я не вспоминал об этом до сих пор…

— Килл, здесь так жутко, давай уйдём, — уже минут десять умоляю друга, пока самоотверженно следую за ним, протискиваясь между памятников и надгробий.

Кладбище Милфорда небольшое, и поэтому переполнено и старыми, и свежими могилами. Где-то зияют ямы, приготовленные для новых захоронений. И Килл почти упал в одну из таких ям, когда мы только пришли. Однако это не остановило друга, и он не согласился убраться отсюда куда подальше.

— Только не ной, Брай, — не оборачиваясь, бросает мне Килл, шагая вперёд и продолжая исследовать надписи на надгробиях.

Среди бесконечных имён он ищет имя своей матери. Друг убеждён, что она умерла, и что его отец отчего-то не признаётся в этом. Я не знаю, что думать, просто доверяю Киллиану и его ощущениям. Его мать ушла несколько месяцев назад. Или умерла, как считает Килл. И он впервые отправился на кладбище и позвал меня с собой. Мне не хотелось идти, если честно. Но в моей семье творится такой кавардак… В общем, я просто сбежал этим вечером и отправился с другом.

— Что у тебя произошло, Брайан? — вторгается в мои мысли голос Киллиана.

Мы уже пять минут разглядываем какую-то безымянную могилу со стёртым от времени именем и датой смерти.

— А? Что? — перевожу взгляд на друга.

— Что у вас случилось? — вновь спрашивает он. — Ты сказал, что дело в твоей матери, когда как ошпаренный выбежал из дома.

— Да, — я тяжело вздыхаю. — Сегодня маму, наконец, выписали из больницы, и нас с сестрой убеждают, что она в порядке. Но вот только я тайком посмотрел медицинские документы…

— И что там? — кажется, Килл забывает о своих поисках и присаживается на траву.

— Там написан диагноз. Якобы у мамы какая-то стадия эпилепсии. Это всё, что я смог прочесть, пока отец не отнял у меня эти бумажки.

— Эпилепсия? — задумчиво повторяет Килл. — Это смертельно?

Я пожимаю плечами. Откуда мне знать?

— Ты зря сбежал из дома, Брайан, — вдруг обвиняет он меня.

— Тебе надо быть с матерью. Пока можешь. Я вот со своей не могу.

Я вскакиваю на ноги.

— Но ты же попросил меня сходить с тобой! — возмущённо бросаю я.

— А теперь я прошу тебя: иди домой.

Он опускает взгляд, пальцами хватается за траву, вырывает пучок и откидывает в сторону. На его щеках блестят слёзы.