Но вместо того, чтобы наброситься на нее, он спокойно спросил:

Они шагнули навстречу друг другу и замерли. Эрик потянулся к ней и убрал прядь волос, упавшую ей на лицо.

– Привет, – тихо сказал он, приложив ладонь к ее щеке.

София прижалась к его руке и подумала о том, что совсем не чувствует себя так, будто стоит перед Эриком Дженнером, знаменитым миллионером-холостяком. Без своей сшитой на заказ рубашки и других атрибутов богатства он становился просто Эриком, ее старым другом. Она чуть помедлила, а потом сделала еще один шаг и положила руки на его узкую талию, ощущая тепло его тела.

– Мы будем ложиться?

– Конечно. – Он провел большим пальцем по ее щеке, не сводя глаз с ее губ. – Мы будем спать?

Софию бросило в жар, и в ней пробудилось желание намного более сильное, чем тогда в машине. Но она чувствовала себя не очень хорошо после изматывающего перелета.

– Эрик, нам нужно немного отдохнуть. Только я не привыкла спать днем. Я просто хочу… – Она прижалась к нему и положила голову ему на плечо. Боже правый, как ей не хватало мужских прикосновений. – Ты можешь просто подержать меня?

Он не ответил, и София испугалась, что услышит отказ. Но потом он чуть наклонился и подхватил ее на руки.

– Я держу тебя, – ответил он и нежно прижал ее к своей груди.

София расслабилась в его руках и прижалась к нему еще крепче.

– В твою или мою комнату?

– Твою. – Если что-то пойдет не так, она сможет вернуться к себе, и ей не придется вдыхать его аромат, оставшийся на ее подушках.

– Ты не будешь возражать, если я сниму брюки? – спросил Эрик, неся ее на свою огромную кровать. – Не хочу, чтобы они помялись.

София подумала, что тогда он будет почти голый, но все равно сказала:

Он усадил ее на край кровати и сделал шаг назад. София старалась смотреть на его лицо, а не на пуговицы, которые он расстегивал.

Эрик остановился и снова коснулся ее щеки, и она удовлетворенно вздохнула. София понимала, что ведет себя немного драматично, но ей казалось, будто она с мужчиной в первый раз. Хотя так оно и было. Она осталась впервые наедине с Эриком.

Все внутри ее кричало о том, чтобы прижать его к себе и надеяться, что в случае чего он всегда будет рядом.

София поднялась и начала расстегивать свои брюки, потому что ей хотелось быть ближе к Эрику и насладиться покоем, который могла найти в его объятиях. Она испытывала к нему не только физическое влечение. В ее сердце зарождалось нечто большее.

София старалась не смотреть на выпуклость в его трусах, когда он сбросил свои брюки, но это было не просто, потому что… О боже правый…

Улыбнувшись про себя, она отбросила ногой в сторону свои белые брюки и мысленно поблагодарила Кларису, которая выбрала для нее и нижнее белье тоже.