Сегодня она пришла на работу с распущенными волосами, которые волнами струились по ее спине. Боже правый, как же ему хотелось стянуть с нее этот пиджак темно-бордового цвета и эту блузку, погрузить пальцы в ее шелковистые волосы и, намотав их на кулак, повернуть ее голову так, чтобы провести зубами по ее нежной коже…

– Привет, – ответила София, прервав безумный ход его мыслей.

Он ответил не сразу, потому что пытался совладать со своим телом.

– Как дела? – наконец просипел Эрик.

– Чудесно, – приподняла бровь София. – Давненько не виделись. – В ее голосе прозвучал вызов, потому что она прекрасно понимала, что он избегал ее.

– Дела. Слышал, ты почти освоилась.

– Вроде того, – уверенно заявила София, а потом вдруг потупила взгляд. – Все очень добры ко мне.

– На следующей неделе нас ждет поездка в Сент-Луис? – покраснела она и от волнения начала покусывать нижнюю губу.

Эрик сдержался, чтобы не наклониться к ней и не провести пальцем по ее губе, чтобы стереть с нее тревогу, отчего его рука буквально задрожала.

– Переживаешь, что придется оставить детей?

Эрик наклонился и взял со стола фотографию в рамочке.

Боже, какими же хорошенькими были ее малыши. Эдди, одетый в костюмчик и крошечный галстук, стоял, положив ладошки на маленький стульчик, а рядом на полу сидела Адди в платье с таким количеством оборок, что буквально утопала в них. Дети радостно улыбались, а Адди еще и хлопала в ладошки. И при взгляде на них сердце Эрика мучительно сжималось.

Как жаль, что их отец умер так рано и лишился возможности любить свою чудесную семью. Будь у Эрика такая жена, как София, и такие дети, как Эдди и Адди, он ни за что бы не допустил такую глупость, как смерть. Он бы до конца своих дней заботился о своей семье и делал все, чтобы его родные были счастливы.

Эрик представил, как после работы они с Софией возвращаются домой и, как Маркус со своей женой и сыном, дурачатся за ужином или гуляют в парке. А вечером, когда дети уснут, он унес бы Софию в свою кровать, где провел бы самую лучшую часть ночи – и следующего утра, – потерявшись в ее жарких объятиях.

Какая прекрасная мечта, но только он не мог просто так взять и войти в жизнь Софии. Эрик никогда не спал со своими сотрудницами и запрещал себе фантазировать о них.

До него вдруг дошло, что София так и не ответила на его вопрос. Она сидела и смотрела, как он разглядывает фотографию. Эрик сделал вид, что ничего не случилось, и поставил рамочку обратно на стол.

– Я бы тоже скучал по ним, – признался он, коснувшись рамочки пальцем. – Как они переживают разлуку с тобой?

– Непросто, – тихо ответила София, словно боялась, что кто-то услышит, как она признается в собственной слабости, и быстро добавила: – Но, мистер Дженнер, это никак не влияет на мою работу.