— Ха-ха-ха! — наиграно рассмеялся он, и резко став серьёзным, с угрозой сказал: — Ты что, молокосос, решил меня на понт взять?.. Что ты мне тут сочиняешь?.. Да что в нашей глуши делать вордхольскому магу?..

— Не веришь? — спросил я, сощурив глаза.

— Неа, — сказал он, помотав головой, и заржал, а его смех неуверенно подхватили остальные баронские дружинники.

— Значит, сам виноват… Аланда, детка, жахни по этим идиотам заклинаньем… У тебя удар послабже, — небрежно произнёс я.

— Да!.. Давай, Аланда!.. Жахни!.. Гы-гы-гы, — пьяно выкрикнул один из баронских дружинников, и глумливо заржал щербатым ртом.

— Асуга-а дрох, — выставив руки перед собой, произнесла Аланда заклинание.

Голубой шарик ударил в верхнюю часть кормы, и взорвался. От взрыва в щепки разнесло часть фальшборта и кусок борта. Стоявших рядом матросов взрывной волной бросило на палубу, некоторых при этом сильно ранило. Раненые дружинники завопили от боли, лёжа на палубе, те, кто пострадал меньше стали медленно подниматься на ноги, тряся головой, а все остальные нацелили на нас свои ружья.

— Не стрелять! — рявкнул на дружинников мужик в бандане, а повернувшись к нам миролюбиво произнёс: — А что же вы сразу не сказали, что вы маги?

— Вообще-то, я, как благородный маг из древнего рода, сначала вас предупредил… А теперь вы должны нам выплатить компенсацию, — сказал я ровным тоном, рассматривая свои ногти.

— За что это?! — возмутился мужик.

— За потраченное на вас время и одно заклинание, — спокойно пояснил я.

— Но!.. Но!.. Но вы же наш корабль… — с яростью выпалил мужик.

Не закончив фразу, он тяжело вздохнул, и опустив глаза в пол, ровным тоном добавил:

— А как насчёт ружей? — поинтересовался я.

Он сжал цевьё до побелевших костяшек пальцев, и хмуро произнёс:

Я понял, что он, как и все остальные дружинники по этому поводу настроены решительно, и почему-то за свой огнестрел они готовы умереть. А ружья мне не настолько были нужны, чтобы за них убивать или тем более рисковать своими людьми. Поэтому я уже собрался попрощаться с ними просто так, без всяких компенсаций, но тут командир дружинников неожиданно добавил:

— О!.. А давайте мы вам в качестве компенсации отдадим первоклассного раба?! Раб молодой, здоровый, сильный, выносливый, такой в Вордхоле будет стоить не меньше золотого.

Смотря на его радостную и хитрую улыбку, я подумал, что он точно где-то хочет меня наколоть, но это был самый оптимальный выход из этой ситуации… Я гордо ухожу в закат со своей компенсацией, не теряя лицо перед своими подчинёнными, а баронские дружинники остаются на повреждённом корабле, и ржут над наивным столичным дурачком.

— Ладно… Сегодня я добрый… Давай уже, веди своего раба… Сейчас скинем мостки, — величественно махнул я рукой.