Ему хотелось обматерить и уничтожить мучителя и, вероятно, убийцу его жены.

— Эйвери! — завопил в сторону лестницы бородач. — Где ты там?! Тащи сюда этих магловских выродков!

По лестнице вниз грузно ступал худой мужчина с густой щетиной и чёрными как смоль волосами.

Дункан ужаснулся. Перед этим мерзавцем летели связанные наподобие кокона бабочки его дети. Его малыши.

«Изверги, за что вы так с ними?! — мысленно завопил он. — Долбаные маньяки! Им же всего одиннадцать и семь лет, они только жить начали. Твари! Безумные сектанты! Не троньте их, иначе, клянусь, я уничтожу вас!»

— Смотри, магл, что бывает, когда плодишь магловских выродков! — оскалился бородач.

 — Авада Кедавра!

С палочки мерзавца сорвалась зелёная вспышка. Малыш Стивен прекратил извиваться в путах и замер… Навсегда замер с тем же выражением ужаса на лице, что и его мать.

«НЕ-Е-Е-Е-Т! СТИВЕН, НЕТ! — душу Дункана разрывало на части от этого жуткого зрелища. Его корежило от эмоционального шторма, но он мог вопить лишь мысленно. — ТВАРИ! ПОДОНКИ! Я УНИЧТОЖУ ВАС, МЕРЗКИЕ КОЛДУНЫ!»

Бородач вновь запрокинул голову и разразился своим безумным смехом.

— Смотри, Эйвери, как корёжит магла! Не нравится, магл? О, смотри дальше, тебе это не понравится ещё больше, ведь у тебя остался ещё один сын… Ненадолго!

Эйвери, будто каменный монолит, ни произнёс ни слова. Он лениво шевельнул палочкой, после чего тело Стивена отлетело в сторону и уже без веревок рухнуло на пол гостиной безжизненной куклой.

«НЕТ! ТВАРЬ, НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО!»

«МАЙКЛ, НЕ-Е-Е-Е-Т!»

— Ха-ха-ха! А-ха-ха-ха! Пхе-хе-хе! Эйвери, ты видишь это отчаяние в глазах магла? Да, магл, так будет со всеми магловскими выродками! А теперь ты… Авада Кедавра!

Зелёная вспышка, летящая ему в лицо, стала последним, что увидел сгорающий от ярости и отчаяния Дункан.

Хоггарт почувствовал, что снова может двигаться. У него трещала голова, но это была такая малость по сравнению с той болью, которую ему довелось испытать до этого, что он не обратил на это внимания.

Он чувствовал, что больше не подвешен в воздухе, а лежит. Думая, что на нём не сработало колдовство, он желал преподнести мерзавцам сюрприз, даже если это будет стоить ему жизни.

Напружинившись, Дункан распахнул глаза и резко вскочил на ноги.

На этом его подвиги завершились. Он впал в ступор и с недоумением разглядывал каменные монолиты Стоунхенджа.

— Это как? — вытянулось его лицо. — Это что? Я же…

Готовый немедленно дать отпор Дункан резко обернулся на мужской голос. Вместо колдунов он обнаружил констебля, шагающего в его сторону по туристической тропинке.

— Мистер, у вас всё в порядке?

— Констебль! — рванул к нему навстречу он. — Вы должны мне помочь! Они убили мою жену и детей.

— Они? — дернулся бобби, схватившись за дубинку.