— Игорь Станиславович, что случилось? — аккуратно спросил я, чтобы не спугнуть Елина. А то эти дворяне могут из-за любой ерунды сбежать от лекаря.

— Я… Только закончил приём, Алексей Александрович. Больше в Сапожке больных людей нет. Но и препараты я потратил все до единого, — заявил он. — Можно я сегодня дома отдохну? Хотя бы пару часиков?

Мать моя женщина… Я ведь в шутку подумал, что Игорь может задержаться в Сапожке на целые сутки. Оказалось, что шутка стала явью.

— Хорошая работа, — похвалил его я. — Идите домой, отдохните. Сегодня у вас выходной.

— Благодарю, Алексей Александрович, — улыбнулся он и, опираясь о стены, пошагал к выходу из амбулатории.

— А кто это был? — поинтересовался Павел. — Новый лекарь?

— Главный помощник лекаря. Человек, который владеет теми же знаниями, что и лекарь, но не обладает лекарской магией, — объяснил я.

— Ого! А это очень интересное решение, — закивал Павел.

— Лучше расскажите, что с вами стряслось? — спросил я. — Неужто до сих пор не восстановились после той кровопотери? Времени уже прошло довольно много. Молодой организм должен был справиться.

— Нет, Алексей, не в этом дело. Я, если честно, до последнего не хотел к вам обращаться, но отец настоял. Есть один недуг, который беспокоит меня с самого детства. И никто из саратовских и столичных лекарей не может с ним разобраться, — объяснил он. — Скажу прямо, я не ожидаю, что вы справитесь с этой задачей. Просто решил на всякий случай проконсультироваться и с вами, поскольку о вас ходит, я бы сказал, неприлично много хороших слухов.

— Лестно это слышать, — сдержанно кивнул я. — Рассказывайте, что за недуг?

— Так сознание теряю! — пожал плечами Павел. — Без причины. Перед этим всегда начинается дикое сердцебиение. Будто сердце вот-вот из груди выскочит. Дышать в такие моменты невозможно. Я уже всерьёз переживаю, смогу ли занять место отца, когда его не станет. Возможно, я умру быстрее, чем он. И что тогда? Анна будет править Хопёрском? Вряд ли. Если её выдадут замуж до этого момента, то династия Елиных прервётся. Скажу вам честно, Алексей, не стану юлить. Я очень боюсь умереть.

Что ж, тут, очевидно, имеет место наличие аритмии. А вот какой — нужно ещё разобраться. Но благо мастер Захаров помог мне создать ЭКГ-аппарат. Вот на Павле-то мы его сейчас полноценно и протестируем. Надо только Сеченова позвать, чтобы тоже посмотрел, как работает наше изобретение.

— Пройдёмте за мной, Павел, — попросил я. — У нас появилось качественное оборудование, с помощью которого можно обследовать сердце. Не беспокойтесь, никакого дискомфорта от обследования вы не почувствуете.

Я проводил Павла в смотровой кабинет, затем позвал Ивана Сеченова, и вдвоём мы приступили к регистрации сердечных потенциалов.