Я открою входную дверь изнутри.

— Я могу тебя и так догнать, — покачал головой Лебедев. — У меня ещё осталась мана. Хватит, чтобы подбросить себя огнём.

— Это — не вариант. Тогда нас обнаружат. Лучше подожди. Если услышишь звуки борьбы, тогда можешь врываться любым способом. Договорились?

— Ладно, убедил, — кивнул Игорь.

Напарник сложил вместе ладони и позволил воспользоваться собой для подъёма на второй этаж. Я зацепился за оконную раму, подтянулся и понял, что мой подъём чуть не подошёл к концу. Прогнившее окно едва не выпало наружу вместе со мной. Повезло, что я сообразил усилить руки и влетел в кабинет Решетова, как торпеда.

Шаги и шуршание внизу продолжались. Видимо, человек, что бродил по первому этажу, так меня до сих пор и не заметил. Это хороший расклад. Возможно, мне удастся застать его врасплох.

Думаю, сам некромант уже давно бы меня атаковал. Но есть вероятность, что в архив пришёл кто-то из его последователей.

Я медленно спустился на первый этаж и обнаружил, что свет исходит из архива. А это — совсем не добрая новость. Значит, я оказался прав. И он умудрился нас опередить.

По-хорошему стоило сначала впустить Игоря, но лишний шум мог спугнуть злоумышленника. Поэтому я всё же решил действовать в одиночку. Аккуратно прошёл в помещение, заполненное множеством полок со стопками старой выцветшей бумаги и…

Обнаружил между этих полок сидящего ко мне спиной Эдуарда Семёновича Родникова. Одного из своих коллег.

Какого чёрта он здесь забыл⁈ Неужели он работает на моего врага? Лекарь вместе с некромантом? Нет, да быть такого не может!

Я тихо прокашлялся, пытаясь привлечь его внимание, но Эдуард этого не заметил.

Он что-то упорно строчил своим пером по бумаге. Зачёркивал и исправлял. Щурился, пытаясь разглядеть тексты в тусклых лучиках магической лампы, которая являлась на данный момент единственным источником света во всей амбулатории.

Отлично. Вот теперь точно самое время застать его врасплох.

— Родников! — прокричал я прямо за его спиной.

Эдуард отреагировал непредсказуемо. Он не просто взвизгнул, а попытался, не оглядываясь, сбежать вглубь архива, но в итоге врезался в стену и чуть не разбил себе очки.

— Эдуард Семёнович, успокойтесь, бежать отсюда некуда, — усмехнулся я.

 — Выход за моей спиной.

Он медленно обернулся, а затем с большим облегчением выдохнул.

— Грифон милостивый! — пролепетал он. — Алексей Александрович, зачем же так пугать человека? Я чуть с рассудком не расстался!

— А кого вы так боитесь? — поинтересовался я. — Кто может навредить вам в амбулатории посреди ночи?

— Я очень суеверный и разного рода призраков и духов побаиваюсь. Хотя хуже них может быть только Иван Сергеевич, наш главный лекарь, — произнёс он.