— Что ж, по крайней мере, всё это к лучшему, — вздохнул я. — Рокотов осмотрел мой дом и теперь не станет искать тебя здесь. Но магию свою тебе лучше взять под контроль. Он каким-то образом почувствовал её всплеск.

— Стихийники хорошо чувствуют друг друга, — сказал он. — Не помню, откуда я это знаю, но это факт. Некоторых даже притягивает друг к другу. Сила влечёт к себе силу.

О! А ведь я могу кое-что сделать, чтобы ослабить его магическую ауру.

— С сегодняшнего дня я буду давать тебе отвар из манарелианы, — произнёс я. — Он будет подавлять магию. Так тебе будет проще научиться её контролировать.

— Хорошо, спасибо тебе, Алексей. Я перед тобой в неоплатном долгу, — улыбнулся он.

— Отдыхай пока, «должник», — усмехнулся я. — Мне нужно отойти в город. Я скоро вернусь. Но ночью мне снова придётся уйти. Я сегодня дежурю в госпитале. За это время никуда не высовывайся. И с моим мана-клещом не конфликтуй. Его зовут Токс. Опасности для тебя он не представляет, так что и сам его не обижай.

Перед тем как начать подготовку к дежурству, я посетил Катю и Серёжу. Женщина была взволнована, не понимала, почему Олег сбежал назад раньше положенного срока. Я не стал её беспокоить и рассказывать о том, что ко мне наведывался Рокотов. Объяснил отсутствие дяди тем, что в Садах произошла вспышка новой болезни и там срочно потребовался лекарь.

Как только я вышел из здания, где находилась съёмная квартира дяди, мне сразу же встретилась старая знакомая. Анна Елина — дочь барона — ждала меня прямо у подъезда.

— Добрый вечер, Алексей, — улыбнулась она. — С Новым годом!

— Добрый, Анна, взаимно, — нахмурился я. — Ты что, следила за мной? Только не говори, что случайно здесь оказалась. От этого двора до твоего дома — половина Хопёрска.

— Да, я увидела тебя на площади, но не решилась подойти… — отвела взгляд она. — Люди доложили отцу, что видели у твоего дома Рокотова. Я начала переживать, что он тебе угрожал.

— Переживать за меня не стоит — я могу за себя постоять, — ответил я. — А что люди твоего отца делали у моего дома?

Анна опасливо оглянулась, а затем жестом подозвала меня к себе. Мы отошли от многоэтажки и встали между деревьями, где нас никто не мог подслушать.

— Я не должна тебе этого говорить. Отец разозлится, если узнает, но… Скрывать я тоже не могу, — прошептала Анна.

— Говори уже — не томи, — настоял я.

— Отец решил рискнуть. Он хочет восстать против Рокотова. Поэтому заручается поддержкой новых союзников, отправляет людей в город, чтобы следить за действиями его бандитов.

— А мне ты зачем это рассказываешь? — не понял я. — Разборки местных авторитетов меня не касаются.

— Касаются, если речь идёт о некротике, — заявила она.

— Что-что, прости? — не понял я.