Софья Сергеевна помедлила немного, потом осторожно слезла с дивана, на цыпочках подошла к ширме и выглянула из-за нее.

В гримерке было пусто, очевидно, выплеснув злобу и гнев, Жанна ушла, она не услышала чиханья и не поняла, что ее беседа с Павликом стала достоянием чужих ушей.

– Ну и как тебе эта история? – поинтересовалась Щепкина.

– Очень интересно, – промямлила я, – вы уже рассказали ее в милиции?

– Конечно, – с горящим взором сказала Софья, – ее ищут.

– И вы уверены, что это Кулакова отравила Бурскую?

– Сомнений нет, они мужика не поделили, – кивнула Софья, – обычное, скажу тебе, дело, ничего оригинального, почти все пьесы о ревности и смерти, вот хотя бы Шекспир!

– А вдруг Жанна ни при чем?

– Ее весь зал видел, когда она приперла воду.

– Может, это не она на сцену выходила.

Софья Сергеевна ухмыльнулась:

– Насколько я знаю, все участники спектакля в масках?

– Абсолютно справедливо.

– Может, какая-то женщина, переодевшись…

Софья согнулась от смеха.

– Душечка, ты фантазерка. Это же театр! Постороннему человеку на сцену не попасть. И потом, он растеряется, не сумеет правильно выйти, споткнется.

Вспомни, Жанну видело много народа.

– Но лицо-то ее было прикрыто маской!

Софья Сергеевна сказала:

– Знаешь, у Жанны такие идиотские, мелкокудрявые волосы, что ее трудно не узнать. Хватит болтать, давай начинай.

Я глубоко вздохнула, расправила парик и с большим трудом нахлобучила его на голову Щепкиной.

– Эй, поосторожней, – завозмущалась актриса.

Я перевела дух, кажется, получилось.

Я в недоумении уставилась на Софью, что она имеет в виду?

– Приклей вот здесь на висках, сползет, – стала вскипать Щепкина, – ты всегда такая медлительная?

– Ой, простите, я сейчас, – засуетилась я, оглядываясь по сторонам.

Взгляд упал на маленький тюбик с надписью «Клей» в чемоданчике. Обрадовавшись, я схватила тубу и принялась приклеивать фальшивые волосы к коже Щепкиной.

– Ну ничего, – с легким неодобрением отметила Софья Сергеевна, – оставь так, сойдет. Давай грим, тональный крем возьми посветлей.

Вздохнув, словно пловец перед километровой дистанцией, я стала орудовать мазилками. Большинство женщин умеет пользоваться косметикой, вряд ли найдется дама, ни разу в жизни не накрасившая ресниц или не напудрившая нос.

Но одно дело украшать собственную мордочку и совсем другое – работать с чужим лицом.

Сначала я старательно растерла по щекам и лбу Щепкиной вязкую массу цвета сочного персика.

– У тебя пальцы холодные, – закапризничала Софья.

– Фу, – отреагировала актриса, – немедленно вытри лапы, живей румяна к вискам. Послушай, так я и буду тебе объяснять, что к чему?

– Простите, бога ради, я первый раз вас…

– Ладно, ладно, пудры насыпь.