А может это и не тварь вовсе, а вполне разумное существо, которое жило на такой же планете, как и я, и потом было силой втянуто в систему.

— Он не семидесятого уровня, дорогой. Далеко не семидесятого… — без капли смеха сказала мне Бездна.

Су… Хотел выругаться, но быстро взял себя в руки, и вспомнил, с кем говорю. Лучше уж умереть от этой твари, чем оскорбить Бездну.

— Хороший выбор, дорогой, хвалю! — ощутил ее усмешку.

А выругаться я хотел, потому что он обратил свое внимание на меня, повернув голову в мою сторону. Кажется, Бездна меня спалила.

Дорогая, может подскажешь, что мне делать? Попробовать убить его или лучше сразу вскрыть себе череп?

— Лучше молчи и смотри… — был ее быстрый ответ, а затем она добавила.

— Да, и сопротивляйся...

Чему, не успел спросить, зато успел ощутить, как глаза твари на миг сверкнули сильнее.

Вдруг я почувствовал сильнейший страх. Такого я не ощущал никогда. Это не тот страх, который знаком людям. Он не может ни с чем сравниться. Даже страх потери близкого человека не вызывает такого дикого первозданного страха. Боялся не я, а боялось все мое тело.

— Зря… ты нарушил… мое одиночество… — прозвучал монотонный голос в моей голове.

Вот тут я еще раз понял, что попал. С каждым его словом мне становилось все страшнее и страшнее. Не знаю даже, как я сразу не сошел с ума. Теперь я понял, почему лес такой мертвый. Он смог уничтожить даже деревья. Что уже говорить о кентаврах, которые лишились рассудка, и все, что им удалось, это сбежать.

— Глупый… Слабый… Любопытный… Пришедший… Зря… Мое… Не отобрать… Почему… черви… ползают… так громко…

Из глаз полились слезы, уши хотелось закрыть ладонями, дабы не слышать его слов.

Его голос был спокойным, но сколько ужаса он вызывал.

С каждым новым произнесенным словом на меня словно выливали океана нового страха.

Впрочем, не все так плохо, хоть и тяжело, но мне кажется, что я начинаю справляться. Страх… В нем так много оказывается сторон, и я думал, что в своей жизни отказался от него. Даже когда я в ужасе от кого-то убегал, это был не страх, а здравое опасение за свою новую веселую жизнь.

Хм… Почему на меня так много страха вылилось? Те кентавры могли хоть убежать, а я едва стою на ногах, и даже шага сделать не могу.

Меня пока радует только одно — он не стремится подойти ко мне поближе, а стоит, как и стоял возле обелиска.

Была версия, что ему плевать на энергию или ману, у него ее так много, что просто не экономит. Оказалось, все совсем по другому. На поверхность стали вылазить черви, и тут же, извиваясь, умирать. Они тоже не могли справиться со своим страхом. Насколько нужно быть сильным, чтобы даже напугать глупых червей.

— Ты… должен… бояться…

Снова голова повернута в мою сторону, а ведь он только-что смотрел на обелиск.