Мне оставалось лишь разжать пальцы, высыпав ей на гланды полную пригоршню крупной поваренной соли. Вот и всё…

Очкастая тварь с причёской каре рухнула на пол, задыхаясь и едва дыша. Когда-то я читал об этом приёме в рассказах таёжных охотников. Говорят, так можно остановить волка и даже медведя, ударная доза соли на вкусовые рецепторы способна буквально задушить крупного зверя.

Уж по-любому ему будет какое-то время совсем не до вас. Как и в нашем сегодняшнем случае никому уже нет дела до усталого меня.

Я перешагнул через скребущую ногтями пол девицу, спокойно выйдя в основной зал.

Две улыбающиеся физиономии сразу обернулись в мою сторону, приветливо размахивая ладошками из-за столика в примагазинном кафетерии.

– Нонна? Фамильяр? Какого чоткого Сотоны вы тут делаете?!

– А мы за вами пришли, – радостно вскочила правнучка архангела. – Ваша Белая Невесточка, она…

– Да, да, простите, в общем, она уже спит. Потому что нельзя столько алкоголя сразу, это же ужасно вредно, правда? А потом котик сказал, куда вы направились, и я…

– Фамильяр, скотина ты эдакая?

– А то хозяин сам не знает, что с нами, смертными, бывает, когда девица, вот как эта, упорно требует ответа? – Он не постеснялся ярко изобразить удушение за шею и вывалить язык.

Актёр погорелого театра, Куклачёв по тебе плачет.

Но в целом, должен был я признать, Нонна Бернер отличалась завидным упрямством в достижении цели, особенно если была свято уверена, что творит добро. А уверена она практически всегда, это её кредо. Так что мне не оставалось ничего более разумного, как расплатиться за их кофе и вежливо вывести обоих на улицу.

Сам факт того, что скромная девушка-блондинка с большущим чёрным котом пришли выпить по чашечке капучино в книжный магазин, ни у кого особого интереса не вызвал, в конце концов, это же Санкт-Петербург, а не Москва. Это в столице кота Бегемота гнали прочь из трамвая, хотя он пытался честно оплатить поездку! А вот у нас ему бы ещё сделали скидку как домашнему животному, а то и вовсе могли бы пропустить бесплатно, всё-таки культурный город, и к котам здесь особенное отношение.

– Куда мы так спешим?

Нонна семенила рядом в рискованно коротком (аж на целую ладонь выше колена) клетчатом платье с рукавами до локтя и с отложным воротничком. Если так пойдёт и дальше, она у нас через месяц стринги носить будет. Эмансипе, блинберри! Уменьшившийся до размеров шаловливого котёнка из «Алисы в Зазеркалье», мой котодемон уютно устроился у меня за пазухой, под пиджаком. Его острые коготки, словно иголки, покалывали мне грудь.

– Ох, простите, это рядом, я покажу.