Перстень, как только оказывался на пальце владельца, сам маскировал себя, накладывая иллюзию третьего порядка, а после скрывался и от магического зрения.

Его величество пробормотал формулу добровольной передачи артефакта и отдал перстень мне.

— Надень, — приказал он.

Я в шоке посмотрела на перстень, а потом на короля. Так просто?!

— Марк, а ты не поторопился? — седые брови лорда Юстиниана сошлись у переносицы.

— Нет, у меня есть дублирующие артефакты. Только от сновидцев ничего нет, но про них уже лет триста, как ничего не слышно.

Маркел, видя, что я не решаюсь, сам надел мне кольцо на палец. Сначала ничего не происходило, но потом перстень слегка уменьшился, подстраиваясь под мой размер. Вдруг в палец вонзилась игла.

— Ай! — вырвалось у меня, — что происходит?

— Все в порядке, — успокоил меня отец, — раирикан использует твою кровь, чтобы навесить маскировочные чары.

— Магия крови? — прошептала я, все еще сомневаясь, ведь эта магия была запрещена, причем не только у нас в королевстве.

— Она самая, — кивнул Соннар.

— Отец, а ты откуда знаешь?

— У меня раньше тоже был подобный перстень. А потом… — Соннар вздохнул, — его забрали. Только король имеет право распоряжаться такими артефактами.

Да, а отец участвовал в заговоре, неудивительно, что раирикана его лишили.

— Лорд Юстиниан, а вы что-нибудь выяснили об этом Флайдине? — спросила я, наблюдая, как медленно с моей руки исчезает массивный перстень.

— Информации очень немного, — советник заложил руки за спину и прошелся по комнате, — Флайдин До'Уорт — сын Халисари До’Уорт, сестры королевы. Вполне возможно, он под влиянием матери и будет продвигать также и ее интересы. Халисари — крайне скользкая особа. Обычно, когда великие матери занимают трон, то сестер, которые могут претендовать на престол, убивают. В лучшем случае, отсылают куда-нибудь на задворки королевства дроу, где эти женщины все равно гибнут. Но Халисари эта участь миновала.

— Королева так любит свою сестру? — неподдельно удивился его величество, и я поняла, что лорд Юстиниан еще не отчитывался королю о моем будущем муже. Сегодня после обеда Маркел при мне приказал собрать все сведения о Флайдине.

— Нет, дело не в этом, — отрицательно покачал головой советник, — просто Халисари добровольно поклялась великой матери в том, что ни она сама, ни любая другая женщина из ее клана никогда не займет трон темных эльфов. Клятва не снимаемая, а той, кто ее нарушит, грозит мучительная смерть.

— Хм, удобно… — признал его величество, ехидно взглянув на моего отца, — не нужно ждать подлянки хотя бы от родственников.

Соннар внешне не показал своего отношения, но я чувствовала, что ему неприятно.