Я придумал другой способ обозначить свою точку зрения, — он поднялся с диванных подушек вместе с Пандорой. Обхватив её стройное тело, он с лёгкостью её приподнял.

— Что ты делаешь? — барахтаясь, спросила она.

Вместо ответа, он намеренно усадил её к себе на колени.

Пандора нахмурилась и неуютно поёрзала.

— Я не понимаю, почему ты…

Вдруг её глаза расширились, и она замерла. На лице Пандоры промелькнула череда сменяющих друг друга эмоций: удивление, любопытство, стыд… и осознание мощной мужской эрекции под собой.

— А ты говоришь, что мужчины не очевидны, — мягко поддразнил Габриэль.

Пока она извивалась, ища удобное положение, он почувствовал, как его живот и пах пронзили восхитительные импульсы. Он силился пережить это ощущение, задыхаясь, Габриэль понимал, что для того, чтобы достичь кульминации, много ему не потребуется. — Дорогая, не возражаешь… не двигаться… так резво?

Пандора бросила на него возмущённый взгляд.

— Ты когда-нибудь пробовал сидеть на бите для крикета?

Пряча ухмылку, Габриэль перенёс большую часть её веса на одно бедро.

— Вот так, прижмись к моей груди и положи свою… да, именно так, — устроив её поудобнее, он развязал пояс на её халате.

 — Кажется, ты разгорячилась, — сказал он. — Позволь, я помогу тебе это снять.

Пандору не обманул его заботливый тон.

— Если я и разгорячилась, — сказала она, вытаскивая руки из рукавов, — это потому, что ты меня смутил, — сурово глядя на него, она добавила: — Нарочно.

— Я лишь пытался показать, как сильно тебя хочу.

Она раскраснелась и разнервничалась.

Габриэль выдернул из-под неё халат и отбросил в сторону, оставив на ней только муслиновую ночную рубашку.

Он пытался припомнить, когда в последний раз у него была застенчивая любовница или каково это — чувствовать себя смущённым во время интимной близости, и его безумно очаровала скромность Пандоры. Она привносила что-то совсем новое в привычное ему занятие.

— Разве твоя сестра не объяснила, что происходит с телом мужчины, когда он возбуждён? — спросил он.

— Да, но она не предупреждала, что это может произойти в гостиной. Кто бы мог подумать.

Его губы изогнулись.

— Боюсь, что это может произойти, где угодно. В салоне, гостиной, карете… или в беседке.

Пандора выглядела шокированной.

Он начал расстёгивать верхние пуговицы её ночной рубашки и целовать открывающуюся его взору шею.

Пандора, однако, ещё не покончила с темой рандеву в беседке.

— Но мистер Хейхёрст не вернулся бы в бальный зал с такой… выступающей частью тела. Как вы его уменьшаете?

— Обычно я отвлекаю себя, думая о последнем анализе иностранных ценных бумаг на бирже. Как правило, это сразу решает проблему. Если не срабатывает, я представляю Королеву.