Время от времени кто-то подходил к пианино и наигрывал мелодию.

Пандора направилась к месту, где сидела Кассандра в компании других молодых девушек, но ей пришлось остановиться, потому что тёплые мужские пальцы обхватили её запястье.

Габриэль нежно произнёс около её уха:

— Что вы обсуждали с чопорным мистером Артерсоном, так старательно перемешивая картофель?

Пандора повернулась и посмотрела на него, желая не испытывать такого прилива радости от того, что он за ней наблюдал.

— Как вы заметили, чем я занята с другого конца стола?

— Я чуть не нанёс себе увечье, пытаясь разглядеть и расслышать вас за ужином.

Посмотрев в его улыбающиеся глаза, она почувствовала, будто в её сердце приоткрылись все возможные окошки.

— Я демонстрировала виды облаков, — сказала она. — Не думаю, что мистер Артерсон оценил слоисто-кучевые в моём исполнении.

— Боюсь, мы все слишком легкомысленны для него.

— Его нельзя винить. Не стоит играть с едой, и я решила больше никогда этого не делать.

Его глаза заискрились озорством.

— Какая жалость. Я собирался показать вам для чего хороша морковь.

— Для чего? — заинтересовано спросила она.

Пандора последовала за ним в другую часть комнаты. Их ненадолго задержали полдюжины детишек, пробежавшие прямо перед ними, чтобы стащить сладости с буфета.

— Не берите морковь, — сказал им Габриэль, когда множество маленьких ручек похватали миндальные и смородиновые пирожные, липкие квадратики с айвовой пастой, хрустящие белоснежные безе и крошечные шоколадные печенья.

Повернувшись, Айво ответил старшему брату с бисквитом за щекой:

— Никто даже не думает брать морковку. Она в полной безопасности.

— Ненадолго, — сказал Габриэль, протянув руку над головами стайки лакомившихся детей, и взяв одну сырую морковь с подноса с десертами.

— Что он собирается сделать? — спросила Айво крайне заинтересованная Пандора, но мальчик не успел ответить, потому что к ним подошла матрона, чтобы отогнать мародёров от тарелок со сладостями.

— Марш отсюда! Сейчас же! — воскликнула разгневанная мать. — Прочь! Эти сладости слишком тяжёлые для вашего организма, вот почему в конце ужина вам всем дали простой бисквитный торт.

— Но бисквит всё равно, что воздух, — проворчал один из детей, запихивая в карман миндальный пирог.

Борясь с улыбкой, Габриэль тихим голосом обратился к младшему брату:

— Айво, не возьмёшь ли ты на себя эту проблему? Пришло время проявить лидерские качества.

— Я проявил, — сообщил ему брат. — Это я их сюда привёл.

Пандора обменялась весёлым взглядом с Габриэлем.

— Никто не любит сухой бисквит, — сказала она в защиту Айво. — С таким же успехом можно съесть губку.

— Я уведу их через минуту, — пообещал Айво.