Марк тут же обнял в ответ. Выглядел он устало. Под глазами залегли тени, лицо будто осунулось за сегодня. Взгляд, в отличие от женщины, наоборот, тусклый.

Конечно, это не дело: только после выписки и уже на работе. Но понимаю сейчас, что не поехать он не мог. Но жутко от мысли, сколько ресурсов организма он затратил, чтоб достойно продержаться до конца дня. Ведь в самой гуще событий был.

– Я думала, свихнусь, пока дождусь! – воскликнула достаточно эмоционально.

– Я же предупреждал, что всё в порядке. – придерживая меня за талию, спокойно, но уставше говорил муж.

– Но только не предупреждал, что сегодня такой день. – встав на цыпочки, потянулась за поцелуем.

– Чтоб сидела и с нервяка на изжоге была? – ответил вопросом, оставляя череду коротких поцелуев на моих губах.

Даже не сразу заметила, что он не один.

За его спиной стояла Антонина Павловна. Заплаканная. Глаза блестят от накатывающих слёз.

– Здравствуйте. Проходите скорее. – тут же засуетилась, видя состояние женщины. Казалось, она сейчас просто рухнет.

Наверное, для её возраста слишком много потрясений за последнее время. Сначала жизнь сына, висящая на волоске. Потом наказание того, кто виноват в том, что случилось с её дочерью. И пусть последнему нужно радоваться, но, видимо, её организм тоже дал слабину.

Пока мы все сидели на кухне и ужинали, то и дело ловила на себе задумчивые взгляды свекрови. Старалась не обращать внимания.

Марк сидел рядом, периодически поглаживал меня по бедру и колену. Ненавязчиво, но так чувственно. Хотя сам иногда полностью в мысли уходил. Будто подвисал.

Когда у Марка зазвонил телефон, он взглянул на экран и принимая вызов, вышел из-за стола. Думаю, в ближайшее время его телефон будет раскаляться от звонков. Это ещё в больнице началось, а сейчас и подавно.

– Прости меня, Камилла. – нарушила тишину Антонина Павловна. – Марк рассказал мне обо всём только сейчас. Во всех деталях и подробностях. Что ты помогала ему. И теперь моя девочка отомщена. Спустя столько лет, обретёт покой. И моя душа вместе с ней. – расплакалась женщина под конец речи. – Господи, я не верю.

Смотреть на неё было больно. А ещё, мне всё же кажется, Марк несколько преувеличил мою значимость в данном деле.

– Хотите, оставайтесь сегодня у нас? – предложила, видя, в каком женщина состоянии.

– Нет, я поеду к себе. Сейчас или на такси, или Виктора попросить. – женщина говорила вроде бы и уверенно, но всё равно дрожь в голосе нет-нет, а прорывалась. – Я с Марком напросилась только из-за тебя. – снова переключила внимание на мою персону.

А я, судя по всему, удивление скрыть не сумела. Смотрела на неё, потеряв дар речи.

– Хотела лично тебе сказать спасибо и извиниться за предвзятое отношение. Я была не права. – проговорила, глядя мне в глаза.