Тянут на дно. Закусываю губу, чтобы хоть как-то остаться в реальности. Помогает.

Пространство сужается. Воспоминания из недавнего прошлого начинают прорываться сквозь блок. Голова кружится, но я не поддаюсь. Потом буду заниматься самобичеванием. Сейчас я должна избавиться от присутствия ненавистного мне человека.

— Убери от меня свои поганые руки! — отталкиваю Ярослава от себя. — Не приближайся ко мне! Урод!

— Мира! Не дури! — Ольховский удерживает меня рядом с собой. Не отпускает. — Я не враг тебе!

— Да ладно? Давно ли? — произношу не скрывая издевки.

То унижает и всячески опускает. То сначала клянется в любви, а потом пытается подложить под своих друзей. Вынуждает уйти из универа и ходить по психологам, чтоб не свихнуться. А после этого еще смеет утверждать, что он мне не враг?!

Это вообще как так-то?! Неужели у человека хватает лицемерия, чтобы ВОТ ТАК врать?!

Хотя… И чему я удивляюсь? Это же Яр. Самый последний на свете засранец и моральный урод.

— Нет, — отрезает жестко. — Больше не враг! — не могу сдержать истеричный смешок.

Если он не враг, то тогда враги какие? Капец! Какой бред же он несет…

Два года назад я бы поверила.

Повелась на красивые речи, отключила логку. Ярослав умеет убеждать, особенно молоденьких глупеньких девушек. В прошлом я попалась на крючок. Доверяла ему. Велась на все. Но не сейчас!

Мне пришлось заплатить слишком высокую цену. Я повзрослела. Сняла розовые очки. Было настолько больно, что почти невыносимо. Думала, справиться не смогу. Смогла. Ради сына!

— Пусти меня! — я продолжаю вырываться, раз за разом ударяю Яра по рукам. — Ненавижу тебя!

— Ненавидь, — он меня по-прежнему держит.

 — Сколько угодно ненавидь! — произносит с надрывом. — Но сейчас я тебе уйти не дам! Не отпущу! Как ни старайся.

За это время, что мы не виделись с Ярославом явно что-то произошло. Он стал другим. Изменился до неузнаваемости!

Не поведусь на изменения. Слишком уж странно! Пусть идет и дурит голову кому-то другому. Не мне.

— Да будь ты проклят! — кричу, продолжаю вырываться. — Ааа!

Меня накрывает истерика. Я стучу кулаками по груди Ярослава, толкаюсь, пихаюсь, всем своим естеством желаю уйти. Но он не дает. Сгребает в охапку.

Прижимает к себе. Держит так крепко, что я еле вдохнуть могу.

Сволочь! Уууух! Ненавижу!

— Мира! Блин, Мира! — перекрикивает гул толпы. — Да уймись ты! Поверь! Больше я тебе не наврежу!

— Иди нафиг! — цежу сквозь стиснутые зубы. Ни на секунду не прекращаю попыток убраться от него. — Я больше не верю тебе!

Встречается с Ярославом взглядом. В его глазах плещется буря эмоций. На миг перехватывает дыхание, сердце сбивается с ритма. Сборит.

Не ожидала от своего бывшего столь мощной реакции.