Его невиновность доказана, — произнесла вдруг Ната. — Завьялов сказал, что это всё он сделал и подставил папу…

— Наташа, думаю, сейчас не время говорить обо мне, — произнёс отец.

— Это правда? — я посмотрела на Булата.

— Правда, — подтвердил Булат.

Лифт дёрнулся и остановился. Решётка с металлическим скрипом и неприятным скрежетом поднялась, выпуская нас из замкнутого пространства.

— Сейчас все идёте за мной. Никто никуда не сворачивает и не отстаёт, — заговорил Фил. — Свои отношения будете выяснять после. Теперь, пошли. У нас на всё про всё очень мало времени.

— О чём это ты? — спросил его мой отец.

— О том, что ровно через… — Фил взглянул на свои наручные часы и продолжил: — Через два часа и сорок три минуты, мой остров взлетит на воздух. Но не волнуйтесь, сейчас мы дойдём до моего убежища и я вызову спасательные вертушки.

Остров взлетит на воздух?!

— Фил, твою мать, и ты только сейчас говоришь о том, что остров взорвётся?! — прорычал Булат.

— Если за нами не прилетят? — испуганно просипела Аня. — Мы умрём, да?

— Мамочки… — пискнула Ната.

— Гражданские… — произнёс Фил таким тоном, словно мы были законченными идиотами. — Вечно вы суетитесь и излишне переживаете. У меня всё просчитано. За нами прилетят. Мы не умрём. Никто из нашей компании не умрёт, ясно? Я всегда выдаю информацию только тогда, когда она актуальна и когда пришло время озвучить её. Например, как сейчас, пришло вам время узнать, что остров заминирован и когда я нажал ту красную кнопку, сработали заложенные механизмы, активирующие отсчёт взрывного устройства. Я специально всё разработал таким образом, чтобы все данные, которые хранятся на этом острове исчезли бесследно. А самый лучший способ уничтожить что-то — это взорвать. Самый надёжный способ, да…

— Ты — безумец, — мрачным и злым тоном резюмировал мой отец.

— Нет, папа, он не безумец. Он просто идиот! — не выдержала я. — Булат, чтобы больше никогда, слышишь? Никогда ты не впутывал мою семью и лично меня в такие гадкие и безумные ситуации!

Твёрдые пальцы внезапно крепко схватили меня за руку. Булат развернул меня к себе, принуждая посмотреть ему прямо глаза. Я видела собственное отражение в его тёмных глубинах.

— Кристина, я бесконечно виноват перед тобой и твоей семьёй, но никогда не смей повышать на меня голос, — прошипел он.

Миллион ругательств вертелось на кончике моего языка. Титаническим усилием воли, сдержалась и не произнесла ни одно из них.

— Хорошо, но тогда, ты просто прекрати вести себя как законченный эгоист, — прохрипела я. — Из-за тебя, Булат. Только из-за тебя и твоего раздутого эго всё это безумие сейчас происходит.

— Я хотел сделать как лучше, — виновато произнёс он. — Прости.