- Отлично! – звучит немного пафосно, но, как ни стараюсь, сдержаться не могу. – Вашими молитвами, - добавляю, как тут же прилетает в ответ:

- Не хами, девочка, а то я могу разозлиться!

“Очень страшно!” – мысленно отвечаю, так как не боюсь этого придурка.

  Да, в самом начале нашего знакомства испугалась сильно. “Киллер” из уст Вольского звучал устрашающе. Я бы даже сказала, зловеще, и вряд ли мужик шутил тогда, в чем меня пытался разуверить Герман.

“Они бы действительно меня грохнули, если бы я отказалась?” – тут же всплывает в памяти наш недавний диалог.

  Ему-то легко говорить, а мне тогда действительно было не до шуток. И это самое “хотя” казалось слишком призрачным, чтобы в него поверить.

  Зато сейчас плевать я хотела на угрозы Вольского. Тоже мне, великий стратег выискался, хотя ведет собственную игру, не посвящая меня в свои грандиозные планы. О чем-то я, конечно, догадываюсь после разговора с Германом. Вот, кстати, у кого надо поучиться стратегии!

  Просчитывает все хитромудрые задумки Вольского на несколько шагов вперед.

- Ты решил меня жизни поучить или по делу звонишь? – я первой прерываю затянувшуюся молчаливую паузу, сдерживая свой порыв все-таки еще раз нахамить Сергею, наплевав на угрозы.

  Пусть побесится, добавит мне душевного и морального удовлетворения. Хотя бы на время, но все равно позлорадствую, как этот идиот выходит из себя.

- Сегодня вечером будет банкет, на который ты должна обязательно прийти с Полонским, - выдает мужчина на одном дыхании, а я негромко усмехаюсь.

  Вот оно в чем дело, а то гадаю на кофейной гуще, что же такого грандиозного должно произойти. Три дня истекли, а я так и не в курсе событий, как теперь оказывается.

- Двести штук мне принесешь? – ухмыляюсь, намерено выводя Сергея из себя, на что снова получаю довольно резкое:

- Заткнись и слушай, что говорят старшие!

- Я плохо себя чувствую.

“Если бы ты знал, умник, как мне насрать на твои командирские замашки”, - я мысленно отвечаю, но пока молчу.

  Пусть думает, что сделал меня. Позлится, поерничает, но все равно сделает по-моему. Герман-то сто процентов знает, зачем Вольскому этот цирк со мной в главной роли. Еще и на банкете, где будет довольно много людей.

“Главное, без паники!” – от последней мысли мне становится плохо, и я упираюсь кулаком в стол.

  Спокойно, Снежана, ты еще никуда не идешь. Всегда можно отказаться, но только не паниковать. Я боюсь большого скопления людей. До жути, нервной дрожи во всех конечностях и панической истерики. Иногда это проходит беззвучно – просто забиваюсь в темный угол и рыдаю, не произнося ни единого звука. Но пару раз была самая настоящая истерика. Со всеми вытекающими, включая сильные транквилизаторы.