Тут всe функциональное по максимуму, если возникает необходимость немного поиграть с пространством. Или организовать спальное место.

С этими словами он давит на панель в стене, и оттуда неожиданно с громким щелчком раскладывается самая настоящая широкая односпальная кровать! Она даже заправлена, но поверх простыни поблескивает тонкая целофановая упаковка.

На шум выглядывает Ванька.

- Прикольная тут обстановка, - сообщает он и, понизив голос, докладывает мне: - Лисeнок уже глазки трет.

Я дергаюсь в сторону тренажерки.

- Уложи ее спать наверху, - придерживает меня Бояров и кивком указывает на второй уровень.

- Там вам обеим будет удобнее.

Малышка засыпает у меня на руках прямо во время вечерних процедур. Я и сама чувствую, что валюсь с ног - слишком много стресса за день накопилось с этим визитом к парализованной бабушке, звонком Красавина и неожиданным переездом.

Мне и самой не помешает привести себя в порядок перед сном, но широченная кровать Боярова с шелковисто-темными простынями такая замечательная... и так восхитительно пахнет свежим постельным бельем...

Прикорнуть бы ненадолго, мелькает мысль.

Просто полежать с закрытыми глазами. Всего одну минутку... одну малюсенькую... минуточку... а потом пойти в ванную...

Просыпаюсь я резко от легкого звона где-то внизу, как будто посуда звякнула.

Вокруг темно. С нижнего уровня квартиры пробивается мягкое аквамариновое сияние ночной подсветки на полу, и от этого всe вокруг кажется похожим на какую-то подводную лодку.

Интересно, сколько сейчас времени?

Шарю рядом руками, но телефона нигде нет. Наверное, оставила в прихожей вместе с сумкой. Надо спуститься. Заодно узнаю, как там Ванька устроился.

С лестницы слышно, как внизу играет приглушенная спокойная музыка, и взгляд выхватывает прямоугольное пятно большого видеоэкрана на стене. Там включено что-то природно-фоновое, расслабляющее. На экране под обалденно приятную мелодию медленно кружится звездное небо над скалами...

А напротив, на мягком кожаном диване в полном одиночестве сидит Бояров. Непонятно, то ли дремлет, то ли уже вовсю спит. Его рука лежит на подлокотнике и слегка касается столика. А рядом с ней стоит высокий бокал с каким-то напитком и нетронутый сэндвич.

Обхожу тихонько диван и заглядываю ему в лицо. Кажется, спит. Надо бы уйти... но я всe медлю, рассматривая его в непривычно умиротворенном виде с прикрытыми веками. Насмешливый рот, обычно такой щедрый на колкие остроты, сейчас расслаблен, голова немного откинута назад...

Вообще-то, если Бояров так и будет спать в полусидячем положении, то наутро у него всe тело ломить будет.

Тихо вздыхаю. Присев рядом, осторожно обнимаю его за плечи и укладываю на спину, подложив под голову декоративную диванную подушку.