И даже когда весной разбойники Антуана де Безье пакостили на его землях, Анри достойно вышел из положения – кому-то помогал с посевами, кому-то – лошадьми и семенами, и чем-то ещё -  так рассказывали.

Нет, покуситься на Лимей было большой ошибкой Жиля, надо это признать. И откровенно сказать о том племяннику.

Но оказалось, что племянник Анри вовсе не настроен воевать с Жилем или мстить ему. Он был вежлив и спокоен, и говорил – решим всё по-родственному. Я не отдам вам Лимей, но – могу помочь в чём-нибудь другом. К тому же, он собирался жениться на ещё одной девице де Безье, имеющейся в природе – Антуанетте, кузине покойного Флориана, и таким образом, формально выполнял все условия выдуманного Жилем завещания.

Анри, несмотря на крайнюю молодость, характером был вылитый братец Франсуа – такой же строгий и сдержанный, но в отличие от него – умел иногда улыбаться, уже достижение. Интересно, сам такой вырос или кто научил? Он недавно сломал ногу, и Жакетта регулярно его навещала – лечила, что-то с той ногой делала, и Анри был Жакетте за это очень благодарен. И расспросил про посох Жиля – насколько с ним легче, чем без него.

Он также предложил Жилю прогулку по замку и владениям – если тот желает. Жиль подумал и понял – что желает. Посидеть на берегу озера, заглянуть в склеп к предкам, понюхать розы в саду. И выпить местного вина – виноградники Лимея, как и всё остальное, процветали.

С собой в Акон Жиль притащил корзину с бутылками того лимейского вина – и ощущение умиротворения и покоя, доселе невиданное. А всего-то надо было – навестить родича…

Через неделю пребывания в доме его преосвященства Лионеля Мадлен поняла, что такая жизнь ей очень нравится.

Ей не нужно было утром вскакивать с постели до рассвета – чтобы пойти на кухню и проверить, пекут ли хлеб и готовят ли завтрак с обедом. Хватит ли на сегодня запасов, всё ли хорошо с купленными и присланными из замка продуктами. И убирают ли комнаты. И вычищена ли конюшня. И готова ли одежда для мужчин и детей.

И на рассвете тоже не нужно было, потому что все, решительно все хозяйственные дела в этом доме делались без участия Мадлен.

Нет, в Пале-Вьевилль ей тоже не нужно было делать ничего, им даже комнаты убирали.

Но там следовало являться к завтраку в оговорённое время, а до того нужно было разбудить девочек, накормить их и отправить на занятия Аделин и Мари.

Здесь же девочки просыпались первыми и приходили к Мадлен – все трое. Шарлотта радостно скакала по комнате и по кровати, Мари строила планы на день, Аделин ложилась досыпать у Мадлен под боком. В доме де Кресси тоже случалось так, что девочки приходили к ней утром – зимой, когда светало поздно, и она иногда позволяла себе поспать подольше – например, в праздники.