Предки уже на ушах стоят, а бабка даже плачет, — бегло обрисовал ситуацию Сашок.

Тут Олег не на шутку встревожился.

— Слушай, Сашок, я сейчас попробую позвонить Женьке Васильеву. Они вместе от меня ушли. Может, Лешка что-нибудь говорил ему.

Позвони, — ответил Сашок. — Потом сразу нам. А я пока сбегаю к Мичману. Лешка у него часто сидит.

Вот, вот. Вдруг Лешка и впрямь у Мичмана задержался, — с надеждой произнес Олег. Мичман, а вернее Колька Матросов, жил в одном подъезде с Лешкой, и они иногда общались.

Едва Сашок положил трубку, Олег соединился с Женькой.

— Ну, наконец-то! — воскликнул долговязый мальчик. — Как там Дуська-то?

— Нормально, — скороговоркой бросил Олег. — Но сейчас не в том дело. Ты когда с Пашковым расстался?

Сразу, как от тебя вышли, — пояснил Женька. — Пашков пошел по Портняжному к себе. А я — на Спасскую, и тоже домой.

А Пашков точно домой направился? — задал новый вопрос Олег.

По-моему, точно, — откликнулся Женька. — Во всяком случае, собирался. А чего ты ко мне с Пашковым пристал?

Видишь ли, какое дело. Лешка-то домой не вернулся. И никто его нигде больше не видел.

Иди ты! — удивился Женька. — Куда ж наш Пашков закатился? Может, он у Моей Длины?

Да ведь они с девчонками были на распродаже, — возразил Олег. — Кстати, ты ведь еще не знаешь…

— Знаю, — перебил Женька. — Фирма «Блэк Буффало». Мне Темыч звонил. А потом я еще и с Катькой разговаривал. Но где же тогда Лешка? Может, он по дороге домой кого-нибудь встретил и у этого друга осел?

Не мог он сегодня нигде осесть, — ответил Олег. — Ему нужно было идти вместе с Сашком и предками на день рождения к дяде.

Подумаешь, дядя, — был верен себе Женька. — Лешка, например, забыл. Или перепутал. Со мной такое постоянно случается.

С тобой, да, — согласился Олег. — Но на Лешку это совсем не похоже. Ладно, Женька. Сейчас перезвоню Сашку. Вдруг Лешка уже на месте.

Однако Сашок сообщил, что Мичмана тоже нет дома. На этом основании Пашковы-старшие решили, что Лешка куда-нибудь закатился вместе с Матросовым. А так как он тоже был натурой авантюрной, то, вполне вероятно, увлек Лешку каким-нибудь сногсшибательным замыслом, который следовало немедленно претворить в жизнь.

— Ты, Олег, даже не представляешь, что у нас дома делается, — понизив голос почти до шепота, жаловался Сашок. — Отец так зол на Лешку. Теперь ему будет. И главное, еще дядя каждые пять минут трезвонит. Завелся: «Когда приедете? Когда приедете? Долго вас еще ждать? Гостям есть хочется». Странные люди, — явно не понимал Сашок. — Ну хочется, сели бы и поели. Я сам всегда так делаю. А дядя свое твердит: «Не сяду за стол без любимого брата и племянников». Мол, у нас, в роду Пашковых, чуть ли не с князя Рюрика заведено: если праздник, то вся семья должна быть в сборе.