Правда, по пути из ответвлений этого коридора доносился запашок, заставивший подозревать, что сиятельные господа частенько используют их вместо туалетов, а дамы и кавалеры откровенно смердели, но Жан твердо решил игнорировать эти проблемы, сосредоточившись на величии момента.

Вот открывается дверь, выпуская из королевского кабинета виконта Транкавеля, который проходит, даже мельком не взглянув на своего друга, а разодетый в пух и прах пожилой господин, легко, словно юноша, склонившись перед его преосвященством, изящным жестом приглашает войти.

Епископ, маркиз и Жан входят. Дю Шилле подходит к королю и благословляет его широким взмахом руки. Впрочем, его величество Эдмонд IV лишь слегка кивает, не снимая шляпы.

Маркиз не доходит до короля трех шагов, кланяется, лихо взмахнув шляпой, и замирает.

Жан делает два шага и встает на колени, склонив голову, как и положено простолюдину в присутствии монарха.

– Это и есть герой, о котором вы мне рассказывали, ваше преосвященство? А вы, – король перевел взгляд на Жана, – встаньте, молодой человек, встаньте. Кавалеру двух Звезд позволительны мелкие нарушения этикета.

– Даже трех, сир, – поспешил уточнить дю Шилле. – Вы представляете, оказывается, перед нами сам барон де Безье, чью безвременную кончину мы оплакивали четыре года назад!

– Как?! Не может быть?! Ну-ка, дайте вас разглядеть. Вы изменились. Мне казалось, что я навсегда запомнил юношу, которого посвятил в кавалеры, но, увы, нет. Прошедшие годы были тяжелыми для нас обоих, они оставили шрамы на вашем лице и моем сердце. Могу я взглянуть на ваши награды?

Удивление и восторг его величества были столь искренни, что Жан едва не поверил в них. Да что там, и поверил бы наверняка, если б не видел вышедшего Транкавеля, наверняка посвятившего короля в подробности истории мнимого Ажана. Подыгрывает самолюбию епископа, поддерживает его авторитет? Наверняка.

– Великолепно! Даже представить себе не мог, что когда-нибудь увижу все три Звезды в одной ладони! Наденьте их, барон, я желаю, чтобы они заняли свое законное место на вашей груди!

– Гм… Простите, ваше величество, но я уже три года как не барон де Безье, – смущенно пробормотал Жан, пристегивая награды. – Все-таки ритуал был проведен по всем правилам…

– Ерунда! Я не давал на него согласия! Впрочем, – Эдмонд IV изобразил задумчивость, – может быть, и так… Но король я или нет? Если ошибка была совершена от моего имени, то мне и исправлять. Ваше преосвященство, как считаете? Могу я даровать титул барона этому герою?

– Вы можете все в своей стране, – осторожно начал дю Шилле. – Но, видите ли, этот герой женат. И женат на виконтессе де Ри. Мне кажется, неправильно, когда жена знатнее мужа…

– Он?! – в этот раз король был поражен по-настоящему.