И ещё я думал, что на турнирах дают чуть больше времени между этапами, но тут действовали стремительнее.

— Ваше Благородие, — обратился ко мне барон Гусев.

— Можно просто Фер, — дёрнул я плечом. Ох уж эти рамки приличия между аристократами. Что в аду, что тут их не избежать.

— Боюсь, что это невозможно, но вы можете звать меня Василием, — сказал барон Гусев, точнее Василий, имя которого я только что узнал. — Так вот, Ваше Благородие, — придётся смириться с этими обращениями. Гусев был непробиваем. — Вчера пропал участник из Марокко, Уябдул Фатах. Вернее, сегодня утром он не попал на свой дирижабль.

В его отеле сказали, что он не приходил в номер и не появлялся после того, как вышел на улицу. В Ритце же очевидцы сказали, что видели, как он к вам вчера приставал. Может, вы что-то знаете?

Я повернул голову к Василию и пристально на него посмотрел. Вот оно как. А Гусев умел сопоставлять факты. Умён. И не зря работал в ассоциации. Но вот только признаваться я был не намерен. В моём кольце в кристалле сидел африканец и ждал своего часа, когда Церя чуть поработает над телом для него. Вот у щенка будет работка после турнира.

— Нет, — удивился я. — Да, меня видели с ним на ужине, но он угрожающе сказал что-то на своём, и больше я его не видел…

— Ясно, — протянул Гусев, но какие-то сомнения остались у Василия, только озвучивать их никто не спешил.

Дальше была стандартная проверка и снова трюк с Доном и кольцом. Всё привычно, ничего нового кроме…

— А можно я возьму отпуск, если что? — вдруг задал вопрос Дон, когда мы зашли в холл стадиона перед залом, где будет проходить второй этап турнира.

Я опешил на мгновение. Отпуск? Что это на него нашло? А-а… Кажется, понял.

— А ты всерьёз поверил в себя, — пробормотал я так, чтобы все не подумали, что я говорю сам с собой. — Думаешь, что скоро вернёшь свой облик? Уже придумал медовый месяц с Элеонорой? Планируешь предаваться плотским утехам?

Я поиграл бровями, а Дон опешил от моих действий и слов.

— Какой ты развратный стал. Не общайся, пожалуйста, с Сорой так часто. Она на тебя плохо влияет, — негодовал секретарь.

— Вы все на меня плохо влияете, но это как посмотреть. Возможно, так даже лучше, — философски прокомментировал я. — Так для чего тебе отпуск? Отпуск в отпуске — это сильно.

— Потом расскажу. Уже не нужен, — отлетел от меня Дон.

Похоже, решил сгладить всё и не рассказывать, чем планировал заняться с Элеонорой. Не очень-то и хотелось. Всё равно потом скажет. Да и ему сейчас нужно было посмотреть на других участников, которые начали собираться.

Тут-то я и заметил, как на меня смотрели. Думал, что кто-то из участников, но это оказалось не так. В тени стоял человек и смотрел на всех исподлобья, будто боялся, что его узнают. И было немудрено.