Но стоило нам прийти, как пришлось выслушать полный рассказ, как дамы ходили по магазинам, что делали и что ели. Было очень интересно. Первые минут пятнадцать. А потом не очень. Потому что я и так знал, что они делали. Пряники докладывали мне обо всё подробно и старались ничего не упустить.

Потому получалось, что слушал всё по второму разу. Но я не спорил, лишь кивал и вставлял нужные подбадривающие реплики в соответствующие места. Максим же клевал носом. Всё же всю ночь сражались, и явно не для молодого героя такие подвиги. Если в Зоне Демидов ещё был бодрячком, то, стоило попасть в отель, как усталость навалилась на него разом.

Но Максим терпел и стоически слушал, как Сора и остальные посетили Лувр и отстояли огромную очередь к какой-то картине с женщиной, которая всегда улыбалась. Загадочно улыбалась.

Посмотрел в сети и ничего странного в картине не видел. Вот знали бы дамы, как демоны заключали души иногда в картины, поразились бы, насколько живыми становятся эти полотна. Даже кричали без слов и звуков. Но это тоже на любителя. Мы с братом таким не увлекались. Но видели подобное пару раз.

Когда девушки поняли, что Максим спит с открытыми глазами и ртом, то быстро выгнали Демидова отдыхать, негодующе посмотрев на меня.

А я что? Ну, сходили мы в Зону. Ну, не поспал герой. Всякое бывает.

Так что Максим поплёлся в свою комнату, расстраиваясь из-за того, что его спалили на сне с открытыми глазами. Девушки ушли в свои покои, сказав мне не издеваться над ребёнком. Максим услышал это под конец и хотел возмутиться, но закрыл рот и ушёл спать.

Я покивал дамам и благополучно отправися к себе. Кухни у меня здесь не было, но я мог заняться хотя бы подготовкой ингредиентов.

Нужно было упорядочить всё, что мы собрали. А ещё подготовить на тот случай, если мне понадобятся новые ингредиенты. Хоть что-то успокаивающее хотелось поделать, а врываться на кухню в отеле было бы совсем странным действием. Да я и не удивлюсь, если кто-то уже делал подобное. За такое дисквалифицируют, интересно?

Дон решил побыть со мной, а не идти к Элеоноре, что было странно само по себе. Я ничего не сказал секретарю по этому поводу. Однако похвалил его за то, что он не забывал во время своих одиноких похождений собрать нужное с тушек монстров мне.

Секретарь оставался секретарём, хоть и сожрал что-то в одного.

Так что занялся подготовкой. Разделял нужное, отделял, убирал, отрезал. Остальное, что мне никогда не понадобится, скармливал Дону. Он отожрался ещё сильнее, пока мы готовили продукты. Пожалуй, в этот раз в Доне было столько энергии, сколько не было ещё ни разу в этом мире.

И пока я резал петуха, думая, как я его приготовлю для кок-а-вин, секретарь не удержался и всё-таки рассказал, что делал в свой выходной.