Она знала, что у Алайи есть могущественный артефакт… или что-то вроде того… способный предсказывать грядущее, но богиня крайне неохотно делилась подробностями.

— Госпожа, а почему бы не воспользоваться вашей Книгой Судьбы? — осторожно предложила Гармонисса, — Она ведь может открыть истину…

Алайя резко обернулась, и в её глазах полыхнуло раздражение. Небрежным жестом она подхватила со стола изящную статуэтку — маленькую фигурку рыцаря, сделанную из обсидиана. Внутри нее была заключена душа гордого воина, которая до сих пор не смирилась и не сдалась. Алайя любила вертеть безделушку в руках, когда погружалась в размышления.

— Все не так просто, — процедила богиня сквозь зубы, — Книга Судьбы не всесильна. Она видит лишь части грядущего, и её предсказания порой двусмысленны. Истолкуешь одно, а выйдет совсем другое!

Гармонисса прищурилась. Значит, Алайя уже пыталась использовать Книгу, но потерпела неудачу? Любопытно…

Богиня помрачнела ещё сильнее и с силой сжала статуэтку. Послышался тихий стон боли — это душа внутри корчилась в муках.

— Я заглянула в Книгу сразу после кражи, — с неохотой призналась Алайя, — Она показала, в каком теле возродится вор.

Я тут же подготовила ему ловушку…

Гармонисса придвинулась ближе, не желая упустить ни слова. Алайя никогда прежде не откровенничала с ней на эту тему.

— Я нашла одну глупую смертную, — продолжала богиня, — Гордячка, но дурочка та ещё. Я наложила на ее разум морок и дважды использовала её против вора, чтобы заманить его в ловушку. В первый раз подстроила, чтобы он попал в лапы торговцев органов, второй — в Полости Скитти. Всё было идеально! Этот наглец должен был погибнуть!

Алайя с досадой швырнула статуэтку на пол.

Фигурка разлетелась на мелкие осколки, и в воздухе растаял полный страдания крик.

— Но он снова ускользнул, — прошипела богиня, — Снова обвел меня вокруг пальца!

Гармонисса бесшумно приблизилась к Алайе и принялась нежно поглаживать её роскошные алые волосы, успокаивая. Брюшко паучихи запульсировало, железы начали вырабатывать паутину. Не прекращая своих ласк, паучиха начала ткать вокруг госпожи тончайшие серебристые нити, сплетая их в подобие уютного кокона-гамака. Она знала, что мерное покачивание паутины всегда действовало на Алайю умиротворяюще.

— А откуда вы вообще узнали про Книгу Судьбы? — как бы между прочим поинтересовалась Гармонисса, не прекращая работы, — Никто из наших не слышал о подобном артефакте…

Алайя вздохнула и откинулась назад, погружаясь в объятия паутинного гамака. Её глаза начали слипаться, а голос зазвучал сонно и расслабленно:

— Я прочла о Книге в записях одного бога, которого когда-то знала… Много лет назад он открыл мне некоторые её тайны…

Сердце Гармониссы забилось чаще.