Сестра прямо задохнулась от возмущения и только набрала воздуху, чтобы высказать матушке все, как я нажала на рычаг телефона.

– Ты что это? – набросилась на меня сестра.

– Оставь ее! Пусть все делает как полагается, а то еще заболеет. Продержимся как-нибудь три дня.

– Сама и будешь готовить!

– Ну и буду! А ты тоже хороша – до того мать заездила, что она уже из дома бежит!

– Что слышала! Повесила на нее все – уборку, готовку, стирку, Дашку надо туда-сюда водить, с Лолиткой гулять, мужей бесконечно меняешь – и все тут. Твой муж, так и обихаживай его сама, никому не подсовывай!

– Она права, – раздался у меня за спиной Славкин голос.

Черт, как неудобно получилось! Я думала, что он давно ушел на работу, вот и разговорилась.

– Извини, Славик, я ведь не со зла…

– Нормально все. – Но я видела, как он нахмурил брови.

Они ушли ругаться в свою комнату, а я подхватила Лолиту и поскорее ретировалась на прогулку. Когда мы с Лолитой вернулись, сестра уже ускакала на работу, а Славка собирался везти Дарину к своей матери до среды. Та бабушка хоть и не родная, но Дашку очень любит.

– Не волнуйся, Славик, голодными я вас сегодня не оставлю, – заискивающе пропела я.

– Не сомневаюсь, – буркнул Славка, и они ушли.

Я хозяйственно обследовала холодильник, подсчитала, что надо купить, решила даже сварить борщ, пусть Аньке будет стыдно, и отправилась на работу в отвратительном настроении.

Не успела я открыть дверь библиотеки, как Зойка уже сказала кому-то в телефонную трубку:

– Минуточку, вот она как раз идет!

– Нет меня! – рявкнула я, так что Зойка еле-еле успела прикрыть трубку ладонью.

– Ты что, с ума сошла? Ах, простите, это не она, мне показалось! Да, будет, но попозже. Уф! – Зойка перевела дух. – Уж очень настойчивый мужчина тебе добивается.

Максим! Наверняка это он. Некоторые мужчины не выносят, когда им отказывают, у них просто какой-то спортивный интерес, обязательно надо затащить женщину в постель. Как это говорится? Легче переспать, чем объяснить, что не хочешь. Может, и правда? Нет, ни за что. Да пошли они все, Максимы, Алики… Как хорошо было одной!

– Зойка, меня сегодня нет целый день, что надо, пусть передадут.

Опять Алик сидел напротив следователя Громовой, которая что-то писала.

«Это у нее такой метод давления на подследственных. Хотя я, наверное, еще не подследственный, а свидетель, пока».

Громова подняла голову и посмотрела на него сквозь очки:

– Итак, вы по-прежнему утверждаете, что пятнадцатого мая с 13 до 14 в офисе вас не было, вы в это время гуляли по улицам?

Алик наклонил голову.

– И вы не можете назвать мне точный маршрут вашей прогулки?

Громова вздохнула, сделав вид, что устала объяснять очевидные вещи такому непонятливому человеку, как Алик.