Наконец, стоявший на судейской вышке мужчина вскинул руку — и над полем прогремел гром. Я даже успела увидеть отсвет молнии, которую пустил судья, а драконы сверху плавно опустились на поле и принялись снимать с себя огромного размера отличительные жилеты, после чего оборачивались в высоких сильных мужчин.

Одним из них действительно оказался Эйлар. Даже с трибуны мне было видно, как он раскраснелся, вспотел и как тяжело дышал. Судья объявил счёт, из которого выходило, что команда Эла проиграла всего одно очко — и трибуны взорвались новой волной восторга, а потом присутствующие здесь в большинстве девушки поспешили вниз, чтобы окружить команду. Даже Линда, пискнув что-то неразборчивое, побежала вниз, а я так и осталась сидеть, потрясённо глядя на своего товарища по команде.

В голове крутились обрывки фраз, которыми хотелось поздороваться с Эйларом: что-то вроде “Так вот где ты пропадаешь по утрам?” или “Теперь понятно, почему тебе не хватает сил на домашку”. Ещё что-то колкое про девушек, которые его окружают и немного — о том, что я ему, наверное, нафиг не сдалась с таким-то обширным выбором. Здесь были и люди, и драконы, представители всех кланов, на любой вкус. Вот уж с чем с чем, а с женским вниманием у него проблем явно не было никаких.

Однако, спускаться к нему сейчас и устраивать сцену показалось мне слишком уж неуместным. Поэтому я медленно спустилась с трибун и в некоторой растерянности — и даже смущении — остановилась у ограды, ожидая, когда толпа схлынет.

— Ты уже здесь, — раздался над ухом мягкий голос Алека, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Резко обернувшись, я немного потеряла равновесие, и он поддержал меня за талию.

— Ты чего пугаешь, — выдохнула я, приложив ладонь к груди, а потом, сообразив, что он касается меня слишком откровенно, сделала шаг в сторону и прижала к себе сумку, словно она могла меня хоть от чего-то защитить.

— Видимо, ты о чём-то сильно задумалась, раз испугалась моего голоса при таком шуме, — заметил он. — О чём думаешь?

— Не твоё дело, — буркнула я и отвернулась.

Это был не вопрос. Алек смотрел на меня так серьёзно и спокойно, словно принял свою судьбу, и от этого взгляда какая-то часть меня тут же захотела его простить. Вот только как можно вернуть нашу дружбу обратно, когда столько всего произошло?

Я не отвечала, и Алек не выдержал:

— Честно, я сам не знаю, что на меня тогда нашло! Начинаю подумывать, что Линда что-то мне в утренний кофе подливала — других объяснений нет. Стелла!

Он взял меня за руку и, потянув за неё, заставил отвести взгляд от стадиона. Я молча посмотрела на него. Алек был настолько серьёзен, а в голосе его звучали нотки отчаяния — и в горле у меня почему-то встал ком.

— Послушай, Стелла.