— Не-ет, — протянула я, глупо улыбаясь, и замахала руками. — Этого быть не может! С меня паутину сняли сразу!

— Я чувствую в тебе Красную Комнату. Когда ты рядом, мне становится хорошо, так происходит со всеми членами Клуба. Поэтому они всегда вместе.

Я с трудом проглотила вязкую слюну, вспомнив Линду, Алека и всё, что произошло после первой клубной ночи.

— Значит, Тайный Клуб не отпускает своих просто так, — тихо проговорила я, тупо глядя в пространство. Может ли быть, что охватившее меня возбуждение — тоже отклик того недолгого посещения красной комнаты?

— Он заставит тебя вернуться, — прошептал Митчелл. — Вот увидишь.

Воцарилась торжественная тишина, которую прервал кашлянувший Ной:

— Ну, не будем так драматизировать.

— Мы сделаем всё, что можем, — пообещала я. — Останешься завтра с нами, мы не пустим тебя в клуб. Утром приготовлю тебе пару успокоительных отваров и… — я запнулась, краснея. — И что-нибудь от потенции.

— Да плевать, — Безумный Мик вскочил на ноги и сделал несколько быстрых шагов по комнате. — Я уже на всё согласен, лишь бы избавиться от этого постоянного зуда! Эта Красная Комната, кажется, уже под самую кожу залезла!

— Спокойно, — Ной взял его за плечи и повёл к выходу. — Сейчас ты пойдёшь к себе и ляжешь спать. А завтра мы тебя свяжем, кляп в рот засунем, и никуда ты от нас не денешься.

Они вышли, и в комнате остались только мы с Эйларом. Он сел в освободившееся кресло и некоторое время, приложив пальцы к губам, задумчиво на меня смотрел, прежде чем негромко произнести:

— Тебя что-то беспокоит?

Я медленно подняла на него взгляд:

— Почему ты так решил?

Я с трудом проглотила вставший в горле ком и отвела взгляд в сторону. Пальцы нервно сжали юбку.

— Неужели так беспокоишься за этого психа?

— Возможно, он немного не в себе, но… Эл, он признался в преступлении, которого не совершал, чтобы сесть в тюрьму и не попасть в Клуб.

— Это уже к мозгоправам обращаться надо.

— Он пытался! Говорят — здоров! Эл, а что если я…

Вернулся Ной, и я замолчала, наблюдая, как он с задумчивым выражением лица проходит к кровати и вновь опускается на край, тяжело склонив голову.

— А меня вы свяжете? — робко спросила я, и братья подняли на меня недоумевающие взгляды.

— Тебя-то зачем? — не понял Эйлар.

— Вдруг он прав, и Клуб меня тоже… начнёт призывать? Паутину мы вроде бы сняли, но вдруг вы что-то недосмотрели?

— У тебя есть причины так думать? — спросил Ной.

Я не ответила. Не говорить же им о том, что начинаю представлять их обоих в своей постели — реакция может быть совершенно непредсказуемой. К тому же, они наверняка спишут всё на собственную неотразимость, а не на действие Красной Комнаты.

Оценив каждого взглядом, я вздохнула и покачала головой.