Тех самых, с которых я сегодня спрошу за ее рану, едва разберусь, насколько там все серьезно.

— Доченька, ты поранилась? — я все-таки не выдержала и потянулась к ее руке, задирая рукав. — Это же невозможно! Что случилось с твоей регенерацией⁈

Сирина побледнела и отпрянула, попыталась вырваться, но я оказалась шустрее и успела поддеть когтем тугую повязку, срывая ее с руки дочери.

Мы обе неподвижно застыли в полнейшей тишине.

— Сирина… как же… как же это?..

Я в шоке смотрела на две серые метки истинности, опоясывающие предплечье дочери.

Моя девочка… Она же еще маленькая!!! Ей еще и двадцати восьми нет!

«Убью!» — пронеслась в голове кровожадная мысль. — «Половые отличия напрочь оторву!!!»

— Кто они, Сирина? — я подняла взгляд на расстроенное лицо дочери и увидела, как ее глаза наливаются слезами.

«Потроха выжру! А остаток мужьям отдам! Потом подниму трупы и снова убью!»

— Никто, мама! — с горечью воскликнула моя девочка. — Забудь об этом. Они больше никогда не встретятся на моем пути. Да и не нужны мне такие истинные! Да еще двое сразу! Я ведь драконица! Почему их двое⁈ Впрочем… неважно. Забудь.

Я крепко обняла Сирину.

— Они обидели тебя, моя птичка?

— Скорее я их! — кровожадно оскалилась дочь, демонстрируя внушительный драконье-вампирский оскал.

— Ну и правильно сделала!

Мы проговорили еще несколько часов о всяких глупостях, тщательно обходя тему ее истинных. Сирина окончательно успокоилась, сбросив груз со своих плеч и переложив его на мои.

Она ушла во дворец, а я еще долго сидела в беседке, любуясь вечерним садом и размышляя.

Мои дети выросли слишком быстро… Они вылетели из-под моего крыла и готовились начать свою собственную, взрослую жизнь. Мне было от этого немного грустно.

Я знала — что бы там не произошло у Сирины и ее мужчин, они все-равно рано или поздно встретятся.

Хоть боги и сделали тягу истинных пар мягче и слабее, но она пока еще есть и довлеет над жителями этого мира.

И хотя сейчас я заочно ненавижу этих мужчин, если они не совсем ужасны и не обидят мою девочку, рано или поздно мне придется их принять.

Или уничтожить, если они совсем безнадежны.

А сын… Ох уж этот упрямец. Похоже, ему все-таки придется набить себе несколько шишек.

Я улыбнулась. Неужели Айсантиль все же станет мне не только подругой, но и родственницей? Впрочем, я давно ее таковой считаю, с тех самых пор как они с Ториусом выяснили свои разногласия и поженились.

— Василена, ты здесь? — услышала я бархатный мужской голос и улыбнулась, глядя на любимых мужей, полным составом идущих ко мне.

Моя жизнь делала новый виток. Внезапный, резкий, но очень интересный. И я готова была встретить все, что готовило мне грядущее. Ведь рядом со мной были они. Мои самые родные, любимые и дорогие.

Моя улыбка стала шире.