– Но это… Это просто чудесно, – Лиза от восхищения не сразу подобрала слова. – Этого просто не может быть, но я сама, своими глазами это вижу и слышу своими ушами. Это просто чудо!

Лиза подошла ближе, её взгляд смягчился. Она не стала ни дразниться, ни спрашивать больше. С тех пор отношение Лизы ко мне начало постепенно меняться. Она словно увидела нечто новое, и со временем мы начали собираться в музыкальном салоне всё чаще.

Наши совместные встречи у инструмента стали маленькими праздниками. Лиза, пусть и сдержанно, но всё же проявляла ко мне тёплое отношение. Однажды она предложила сыграть в четыре руки. Мы уселись рядом, и я с удовольствием отметил, как смешно её рука путалась с моей на клавишах, и как иногда, смеясь, мы сбивались, создавая мелодию, похожую на дружеский диалог.

Так, через музыку, между нами возникло едва заметное понимание, тёплое, неявное, но крепнущее с каждым днём. И Лиза, казалось, наконец-то увидела во мне не просто чужака, а того, с кем можно было провести время, делая то, что оба любили.

Прошёл почти год с тех пор, как я начал обучение и погружение в новые жизненные реалии. За это время я успел не только освоить необходимые для своего возраста предметы, но и изучить больше, чем требовалось. Учитель, прибывший из столицы, был поражён моими способностями и вскоре пришёл в настоящий восторг от любознательности, рассудительности своего ученика и стремления узнать как можно больше.

Лиза же, несмотря на перемены в нашем общении, постепенно перестала отправлять отцу письма с жалобами на меня, однако и не писала ничего хорошего о моих успехах, и это настораживало герцога. Его мысли о сыне оставались неопределёнными. Он не знал, как тот справляется с учёбой, но опасался, что в письмах Лизы всё-таки была доля правды. Ему становилось всё тревожнее, и, отложив все дела, он решил навестить Эрвина, чтобы лично убедиться в его успехах.

Я узнал о его предстоящем визите от Алана, который, похлопав меня по плечу, прошептал:

– Готовься, парень. Завтра сам герцог приедет. Хочет проверить, как ты справляешься с учёбой. Ну и с Лизой заодно поговорить.

Я напрягся, не зная, что думает обо мне герцог, и не был уверен, что отец поверит моему учителю. Год занятий прошёл плодотворно, но я прекрасно понимал, что сестра не упустила возможности создать обо мне туман сомнений в глазах отца.

– Понял, спасибо, Алан, – коротко ответил я, слегка кивая.

На следующий день герцог прибыл, о чём возвестили звуки копыт лошадей и шум кортежа. Отец въехал на территорию имения с усталым и сосредоточенным лицом. Как только он сошёл с лошади, к нему подбежала Лиза и, стараясь скрыть своё волнение, сказала:

– Отец, добро пожаловать. Как я рада, что ты приехал. Я так волновалась за Эрвина, за нас обоих.