– Сколько тебе лет? – спросила Добря, прикидывая в уме возраст новоприобретенного воспитанника. – «Совсем мальчишка».

Лоза криво усмехнулся.

– Сколько лет назад разгромили Сулейх?

– Двадцать. Или уже двадцать один? – монахиня нахмурила брови. – «Неужели настолько старше?»

– Я помню свою жизнь там. Я помню, как ярко светило солнце, льющийся через пальцы золотой песок, верблюдов, бредущих по барханам. И финики…

– Откуда знаешь всеобщий язык?

– Каждый бахриман обязан знать его. Это наша философия – владеть языком противника. Я понимаю и сносно говорю на эрийском, андаутском, бреужском, – Лоза грустно улыбнулся. – Иначе как бы мы смогли покорить ваших женщин?

– Вот этого я и опасаюсь, – честно призналась Добря.

– Что я соблазню монахиню? – бахриман игриво поднял брови и по тому, как изменился цвет лица наставницы, понял, что и ей трудно справиться с его магией. Лоза впервые не скрывал то, что считалось страшной тайной воинов Сулейха: они могли воздействовать на женщин, обволакивали их своим обаянием, заставляли потерять разум. Влюбленная дуреха верит всему безоговорочно и пойдет ради избранника на многое. Жаль, что мужчины никогда не поддавались этой магии, иначе бахриманам не пришлось бы идти столь долгим путем, и они уже сейчас находились бы на вершине власти Союза.

Лозу не стали селить там же, где разместились юные воспитанники, определили в лабораторию под присмотр Даруни – одной из сильнейших колдуний. Она же смастерила браслет, не дающий Лозе перемещаться дорогами бахриманов. Сначала Саардис воспринял «подарок» как желание превратить его в узника монастыря, но потом понял – это забота о нем и обо всех тех, кто его окружает.

Да, руны на браслете гасили бахриманскую магию, не давали открыть портал, но в тоже время делали Лозу обыкновенным человеком. Женщинам, находящимся рядом с ним, ничего не угрожало. Он не видел ни в одной из них потенциальную жертву, а они не шли на заклание с радостью. Одним словом, Даруня сделала его безопасным.

Лоза ощутил разительную перемену, когда отдал Луне артефакт, гасящий его магию. Убив мертвяка, бахриман открыл портал и, попав в монастырь, послал отряд воинов навстречу своим подопечным. Но какая же буря бушевала в нем, пока его не сдерживал артефакт! Ночь показалась долгой и мучительной. Не проникни он в комнату Луны и не стащи браслет, Стрела добилась бы своего. Лоза не стал бы прятать свою суть, и одному Творцу известно, чем бы закончилась их связь.

Всплеск чувств, когда он едва совладал с желанием, напугал. Воспитанник Даруни вдруг понял, насколько становится иным без браслета. И еще одно умозаключение стало откровением: даже без магии соблазнения Лоза пользовался вниманием женщин.