На их месте появился старинный замок.

Картинки на гобеленах то исчезали, то появлялись, рассказывая невероятную историю, произошедшую так давно, что пески времени успели похоронить не только ее участников, но и древние государства, в которых когда-то бок о бок с людьми жили боги.

Тысячелетие назад страной Сидерги правил могучий вождь Аклай. Так случилось, что и жена, от которой он уже не чаял иметь детей, и любимая наложница, родили ему в один и тот же день, в один и тот же час по сыну. Вождь устроил большой праздник и при гостях провозгласил Гаюрда равным законному сыну Ягейро, чем сильно раздосадовал жену.

Пока был жив отец, стояли сыновья по обе стороны от него, а как умер, каждый из них стал доказывать свое первенство. Множились сторонники за спиной каждого, страна, не имея единого правителя, роптала.

– Гаюрд, твой брат кичится тем, что родился не от рабыни? Глупец! Скажи ему, что я, не в пример его матери-степнячке, из королевского рода и в жилах моих течет кровь богов. А также передай этой курице и ее сыну, что я оставалась рядом с Аклаем не по принуждению, а только из-за любви, иначе давно нашла бы способ вернуться в родные края.

Гаюрд шел к брату и его матери, и они опять поднимали его на смех.

– В сыне рабыни божественная кровь? Что еще сочинит обезумевшая женщина? Я тоже могу похвастаться, что состою в родстве с пустынными богами и мой сын – Варран!

– Варран? – смеялась мать Гаюрда. – Видела я его изображение! Ящер с раздвоенным языком, плешивой головой и толстым хвостом. Хорошо же родство!

Слишком рано покинул мир Аклай, не успел вырастить из юнцов воинов. Вот и жались они к матерям, которые через сыновей хотели доказать свою значимость и право стоять у трона.

– Ничего сынок, – утешала мать Гаюрда, – наступит день, и тогда все поймут, кто должен стать правителем Сидерги!

– Эй, не вешай нос, сын, – подбадривала мать Ягейро, – очень скоро ты всему народу Сидерги покажешь, кто истинный вождь.

Пока в стране царило безвластие, братья и их матери жили в замке вождя, разделив его на две половины. Даже свой шестнадцатый день рождения отмечали дети Аклая в одном тронном зале, установив там два длинных стола: во главе одного сидел Гаюрд, другого – Ягейро.

В нешироком проходе между ними выступали приглашенные на праздник музыканты, певцы и танцоры.

Оба юноши дули от важности щеки, бахвалились дорогими одеждами и драгоценностями, забывая, что хорошее украшение для мужчины – это оружие. Матери тоже косо поглядывали друг на друга, не скрывая ехидных улыбок: каждая ожидала звездного часа своего сына – пробуждения крови богов. Мальчики родились на закате, поэтому женщины в нетерпении поглядывали на катящееся к горизонту солнце.