Меня простили и на этот раз.

— Все просто, мальчик. Когда-то он был моим хорошим другом. Желал строить Российскую Империю в величии. Но если я видел это величие в общих чертах, он считал наоборот. Страну делает великой личность, что ей правит. Власть — если не безграничная, то рядом. Те журналисты, что сегодня поют ему дифирамбы и восторгаются его понятиями свободы, даже не представляют, что при нем им бы попросту зашили рты. Или сделали чего похуже.

Сразу же вспомнилась Хромия — чародейка тоже желала верить в светлое будущее. Скарлуччи показал ей истинное место, что она займет в этой утопии.

— В союзники он выбрал Царенат: тот давно косился на людей. Территории их интересуют в последнюю очередь. А вот немалый людской ресурс привлекает.

— Почему тогда не обратили взор на Синьилай? Сдается мне, там людей побольше…

— Плыть далековато и дорого, Потапов. Мне думалось, догадаешься об этом сам. — В Императоре жил стратег. — Дорого, долго и муторно. Мы находимся практически под боком и все равно сумели доставить Царенату проблемы. Взяв часть территорий, они застопорились. Да, мы оказались не готовы к их первым наступлениям: сам знаешь, как биться с бездушными машинами.

Кивнул: был, и возвращаться не хотелось.

— Мне думалось, что Вербицкий будет одним из первых, кто пожелает заключить перемирие. И он хотел, но когда я услышал, какие условия, дал отказ. Это было не перемирие, а капитуляция!

— К тому моменту уже поздно было что-то предпринимать против него. Он стал слишком могуч. Мог подбить народ на бунт. Немало средств массовой информации работали на него: сам сегодня сумел удостовериться.

Я удовлетворился ответом. Спросил по поводу того, куда же Император посоветует вложить средства.

— Начни с политической кампании.

— Бейка и без того собирается это делать…

— Ты не понял. Не она — ты начни. Под моим руководством.

— Бойцы решат, что я на них в те же самые чинуши выезжаю, о которых говорил.

— И будут правы. Но ты идешь сделать их жизнь лучше, верно?

На миг задумался: сколько попавших в властный котел людей уговаривали себя точно такими же словами? И после скатывались до того, что попадали в коррупционный скандал.

— Через Кьярру мы закончим войну.

— Вы так в этом уверены?

— Потеря Вратограда и одного из «Дровосеков» доказали многим царенатским чинам, что им стоит поумерить амбиции.

— Разве это не даст им больше времени на подготовку?

Император кивнул, признавая мое здравомыслие.

— Даст. Как и нам возможности укрепить власть будущей наследницы царенатского престола. Понимаю, вам скверно от мысли, что мы используем ребенка для достижения цели.