Два бронетранспортера, грузовик с солдатами, несколько мотоциклов с пулеметами, установленными на колясках.

– Боря, с меня бутылка, – тихо сказал Буторин. – Ты гений!

– А чего не коньяк-то? – тихо отозвался Коган.

– Может, мы ему на родине памятник изваяем? – предложил Шелестов.

– Мрачно шутите, товарищи, – хмыкнул Коган. – Я еще пожить хочу.

– А мы тебе при жизни! – заверил Буторин.

В воздухе запахло сыростью. Солнце окончательно село, и в поле повис туман. В копне было тихо и уютно. Тепло. Правда, попахивало пылью и мышами, но с этим можно было мириться. Все равно запахи мирные, из босоногого детства. Они успокаивали.

Удивительно, но к ночи снова стал подниматься ветер, и звездное небо стало заволакивать черными тучами. Стало еще темнее, просто непроглядная ночь. Того и гляди в этой ночи раздастся разбойничий посвист. «А ведь немцам еще неуютнее в такие ночи, – подумалось Шелестову. – Мы у себя дома, а они чужаки. Они опасаются партизан, ночных нападений. Как и любой чужак, как и любой, кто пришел в чужую страну, в чужой дом, где все враждебно. Вот так и темнота на родине, и непогода тоже бывают добрыми и родными, тоже помогают», – с улыбкой подумал Максим и велел раскапываться.

Машину, чтобы не шуметь, выкатили на свободное пространство, толкая руками. Немецкий майор вполне мог бы помочь проскочить мимо фрицев лишь своим присутствием. Но что-то подсказывало Шелестову, что этот фанатик готов скорее умереть, чем помочь советским разведчикам скрыться. И тогда он велел связать немца по рукам и ногам и заткнуть ему рот.

Ночь за окном была обычной, такой, к какой Платов уже привык. Удивительная вещь человеческий организм! Он привыкает ко всему на свете. Привыкает спать днем и не спать по ночам, привыкает к сумасшедшему ритму жизни, когда ты спишь урывками по два часа. Он привыкает сразу опрокидываться в сон, когда ты это разрешаешь, и тут же одним толчком заставляет тебя пробудиться и включиться в работу.

Стоя у окна, Платов машинально подумал о том, что сегодня снова придется не спать. Вторые сутки поступают сведения от оперативников Смерша с передовой, с того участка, где Платов ждал перехода группы Шелестова. Сейчас переход самое главное, сейчас те документы, которые группа несет, могут многое изменить в ходе летней военной операции. Они позволят Ставке принять наконец окончательное решение, как действовать дальше, а командирам соединений ясно даст понять, где и какими силами сосредоточен враг, когда и как он начнет операцию. Да, готовится глубоко эшелонированная оборона, да, командование и из других источников знает, что враг стягивает к Курско-Орловскому выступу значительные силы, чуть ли не основную часть своих танковых соединений.