У хираты она может быть только одна и на всю жизнь. Ради наших миар мы отказываемся от семьи, от радости материнства, от любви мужчины, чтобы ничто не отвлекало нас от наших воспитанниц.

Я мысленно присвистнула. Непростой выбор. Будь я на месте этой Реалис, не уверена, что смогла бы отказаться от семейного счастья ради чужого ребёнка.

Нет, конкретно сейчас мне о детях даже думать не хочется, но когда-нибудь в будущем… Ведь захочется же?

Жаль, что моему новоявленному мужу приспичило обрюхатить меня вот прямо сегодня.

— У вашей Даниэлы есть родители?

Заметила, как по лицу блондинки пробежала тень, но она тут же её прогнала и лучезарно заулыбалась:

— Даниэла — дочь маркиза Рандульфа Фантальма — выдающегося воина и полководца, генерала королевского войска. Мать моей миары, Аделина Фантальм, — на секунду или две тень на красивое лицо Эдары вернулась, но она снова быстро взяла себя в руки, — тоже принадлежит к славному и очень старому аристократическому роду.

В общем, Даниэла у нас барышня породистая.

Ну прямо племенная кобыла, коей её и видит его тираничество.

— Скоро ты с ними познакомишься. Они в курсе подмены.

Наверное, это те засранцы, что потащили меня в храм через какой-то там портал. Это их голоса я слышала. Почти уверена, что властный бас принадлежал генералу, а истеричный фальцет — моей как бы маменьке.

— Кто ещё в курсе вашей аферы с душами?

— Семейный чародей Фантальмов — без него я бы не справилась. Это он помог провести твою душу в наш мир. Также в курсе камеристка Даниэлы.

Но ты не переживай, Саранна — надёжная девушка, она тебя не выдаст и всегда будет на подхвате.

— А я и не переживаю. Пусть бы и выдала. — Посмотрела на неё и мрачно хмыкнула. — С чего вы решили, что я соглашусь играть в ваши странные игры? Ничто не мешает мне при следующей же встрече с королём рассказать, что он женился на другой Даниэле.

Эдара закинула ногу на ногу, постучала по подлокотнику пальцами. По тонким губам скользнула усмешка, беспечная и уж слишком самоуверенная.

Ох, не нравится мне всё это.

— Ну, во-первых, кое-что всё-таки мешает — мои чары. Всякий раз, когда ты будешь пытаться рассказать, написать или ещё как-то дать понять, что ты — иномирянка, будешь терять сознание, моя дорогая. Лучше потом, на досуге, поэкспериментируешь, — заметив, что я раскрыла рот, спешно добавила ведьма. — У меня сейчас нет времени приводить тебя в чувство.

Рот я захлопнула — банально задохнулась от возмущения наглостью этой стервы.