Дункан прижал к ним ладонь, и Эллен охнула, потрясенная взрывом наслаждения. Длинные пальцы поиграли с тугими локончиками, провели по розовым складкам лона. Он подвинулся так, чтобы нагнуть и спрятать голову в этом огненном гребешке волос.

Она почувствовала, как его язык раздвигает створки и проникает внутрь. Он раскрыл ее пальцами, нашел самое чувствительное местечко и обвел языком.

– О, Дункан, да! – выкрикнула она, и когда его губы сомкнулись на крошечной нежной изюминке и стали сосать, Эллен тихо вскрикнула, теряя разум.

У него кружилась голова от ее запаха и вкуса.

Он зарылся лицом в ее лоно и стал ласкать его губами и языком, слизывая соки, которые текли все обильнее. Эллен, почти теряя сознание, продолжала извиваться под ним. Из ее горла вырывались тихие крики ничем не замутненного наслаждения. Его сердце бешено билось, угрожая вырваться из груди. Он словно опьянел и не сразу осознал, как ноет его пульсирующая плоть. Нехотя оторвавшись от ее влажного лона, он одним мощным выпадом вонзился в ее сладостную плоть, которая плотно обхватила его и сжала.

– О да… – прошипела Эллен.

 – Да!..

– Ведьма! Колдунья! Я обожаю тебя, – пробормотал он, вонзаясь в нее все сильнее, пока оба не задохнулись.

Эллен льнула к мужу, обвив ногами его талию. Ее ногти бороздили его спину в тщетной попытке заставить его ускорить ритм.

– Дай мне ребенка! – потребовала она.

– Ты любишь меня? – допытывался он, тяжело дыша.

– Больше самой жизни! И не останавливайся, пока не наполнишь меня своими соками и пока твой огромный «петушок» не обмякнет!

Он громко рассмеялся, и снова стал двигаться.

Медленно… Медленно… Быстрее! Глубже!

Пока женщина под ним не заплакала от наслаждения, которое он щедро дарил ей.

Пока он не воспламенился от наслаждения, которое она щедро дарила ему в ответ. И потом их страсть разлетелась во взрыве удовлетворенной похоти. Дункан зарычал от облегчения, когда его соки вырвались на свободу, наполнив ее лоно. Эллен, пронзительно закричав, воспарила в царство восторга и любви к человеку, ставшему ее мужем. Ноги ее бессильно опустились. Он откатился от нее, но тут же снова обнял и прижал к себе, приглаживая спутавшиеся волосы. Поцеловал ее в макушку и почувствовал теплые губы на своей груди. Наконец оба заснули и не услышали, как вскоре после полуночи Гунна пришла их будить. Она принесла им воды для умывания и уже успела вынуть из сундуков чистую одежду.

– Кто-нибудь из них встал? – спросил лэрд служанку.

– Только начинают шевелиться, милорд. Сим поднял короля и людей Хепберна и послал человека в конюшни и амбары. Кухарка напекла овсяных лепешек и завернула в дорогу сушеного мяса.

– Вот и хорошо.