— Что-что, а воевать они умеют, — кивнула Дженни. — Но дело даже не в этом. Он сам по себе, как человек, такой. Рядом с ним чувствуешь себя спокойно, уверенно. Пусть даже знаешь, что он здесь просто постоялец, а все равно, спокойно.

— Мне этого не понять, — помолчав, вздохнула девушка.

— Почему? Разве у тебя отца не было? — осторожно спросила Дженни.

— Был, — коротко кивнула Саманта.

— А помнишь, как тебе у него на руках спокойно и уютно было?

— Помню, — еле слышно прошептала Саманта.

— Вот это и есть оно самое, — удовлетворенно кивнула Дженни. — Встретишь такого человека, постарайся удержаться рядом с ним. Получишь хорошего мужа и крепкую семью.

— Это не для меня, — покачала головой Саманта.

— Ты чего, из этих что ли? Нетрадиционных? — растерялась Дженни.

— Нет, в этом плане я нормальная, — грустно улыбнулась девушка.

— А что тогда? Сама замуж не хочешь? — продолжала допытываться женщина.

— Хочу. Да только моего будущего мужа в природе не существует.

— Это кто тебе сказал такое? — охнула Дженни.

— А кому нужна упрямая, озлобленная на весь белый свет баба, у которой за спиной куча такого, что и хотела бы забыть, да не получится? Ни готовить, ни в доме прибрать, ни стирать толком не умею. Только стрелять да от полиции прятаться.

О многих других своих криминальных знаниях девушка решила благоразумно промолчать.

— Ну, хозяйство вести, дело не хитрое. Захочешь, научишься. А вот упрямство, да гонор глупый, изживать надо. Если не хочешь всю жизнь в одиночку прожить.

— А если не получается?

— Значит, плохо хочешь. Сама говоришь, что воля у тебя есть. Значит, как следует захотеть надо. Думаешь, я по молодости без гонора была? У-у, девочка! Иной раз сама с собой договориться не могла, — с улыбкой протянула женщина. — А как Пьера своего встретила, так и поняла, если хочу семью крепкую иметь, значит, про гонор забыть надо. Или ругань каждый божий день на пустом месте, а потом и развод, или терпение, и ласка. Женская хитрость в том и состоит, что не горлом надо брать, а добротой да лаской. Хочешь чего-то от мужа добиться, не ори, а прижмись нежно, поцелуй, а перед этим накорми да напои. Он тебе сам, что нужно сделает или принесет.

— Ага, дождешься от них, — проворчала Саманта, при этом старательно запоминая каждое слово.

Впервые за всю ее не долгую, но полную опасностей, преступлений и случайностей жизнь, с ней кто-то говорил просто. По человечески. Можно сказать, по-женски. И это было именно то, чего ей так не хватало всю жизнь. Отставив ружье, Саманта медленно подошла к Дженни и, уткнувшись носом ей в плечо, неожиданно для себя разревелась.

Эвакуационный шаттл, отделившись от корабля носителя, пыхнул маневровыми двигателями и медленно двинулся в сторону громады линкора ксеносов.