Через двадцать минут добровольцев не осталось, хотя «струны» Гидеона били скорее по самолюбию, оставляя красные полоски на коже, которые сходили через несколько часов. Светлая нить, а ведь Фалькон даже не запыхался!

— Кто еще желает оценить свои силы?

Юные аристократы хмуро переглянулись, но никто не сдвинулся с места.

— А если бы это был антивит? Темная сила? — негромко спросил Фалькон, не спеша надевать камзол и демонстрируя кипенно-белую рубашку без следов прикосновения хлыстов.

— Какая разница? — старший сын Гнезда Эрвеев, драк Двейн Скелл, скривился, прикоснувшись к раненой губе.

— Хрономагия все равно не даст нам ни одного шанса. Просто высосет вит. Мы все мертвецы, если попадем на поле битвы с хрономагами.

— Это так, — согласился Фалькон. — Но только если вам «повезет» наткнуться на очень сильного мага или группу магов со слаженной работой. От хрономагии тоже можно уйти.

— Подставив вместо себя фамильяра? — полноватый Дювиль из рода грифонов, тяжело дыша после короткого поединка, кивнул на Эллис.

— Никто никого вместо себя подставлять не собирается, — нахмурился Гидеон. — Животные больше, чем люди, связаны с природой, фамильяры умеют принимать на себя временные проклятия и отдавать их в эфир, землю, воздух, воду или огонь.

— Или лед, — тихо добавил неказистый молодой Кристофер Огсни, младший феникс из гнезда Агнисов.

— Магия льда крайне редка, — покачал головой Фалькон. — За сто лет рождалось всего дюжина магов льда и все они были женщинами. Визардами. Во всех двенадцати случаях помимо обычных симбионтов их фамильярами становилась нечисть.

— Жуть, — передернулся Дювиль. — Баба да еще с какой-нибудь тварью в придачу.

По рядам двуипостасных пробежал смешок.

— И я возвращаюсь к вопросу, почему Гнезда не обеспечили вас фамильярами, — продолжил Фалькон, не улыбнувшись.

— В прошлом году мы пытались купить сокола в вашем Гнезде, полковник, — с упреком напомнил Огсни.

— Вам больше подошел бы огненный лис, — не поддавшись на провокацию, проговорил Гидеон. — Вы плохо искали.

— Нет, не, плохо, — вспыхнул упрямым румянцем молодой феникс. По его темным волосам пробежал огонек. — Просто кто-то выкупил второй из трех выводков. А в третьем осталась лишь отбраковка.

— Вот как? — Гидеон поднял бровь. — И вам известно, кто выкупил лисят, вопреки правилам распределения?

— Конечно. Эльфы, — буркнул Огнис.

— Эльфы? Им-то фамильяры зачем?

Николель О’Дулли… сиял, в прямом и переносном смыслах. Портал явил его во всей красе, с церемониальным венцом на гладких волосах, сундуками и аккуратным фингалом под глазом. Видимо, семейные разборки все же состоялись. То ли законника пытались отговорить от визита к дяде, то ли… наоборот – убеждали стать парламентером.