Но что здесь делает Эдгар? Не похоже, что он был знаком с девушкой.

— Вы уже сделали запись в церковную книгу о кончине? — деловито уточнил Эдгар.

— Отлично. Жените нас.

С этими словами Эдгар встал рядом с закрытым деревянным ящиком.

Я, признаться, опешила. Так это кино об извращениях? Не надо мне такого! Как покинуть кинотеатр, где здесь выход?

Я заметалась, но быстро поняла, что мне не вырваться за пределы церкви. Я все еще крепко привязана к мужчине со странным вкусом по части женщин. Развратник!

Нужно срочно проснуться. Что советуют в подобных случаях? Ущипнуть себя. Я честно попыталась, но не смогла. Невозможно ущипнуть того, у кого нет тела. У меня вот его не оказалось. Я была кем-то вроде бесплотного духа, и даже мои собственные пальцы проходили сквозь мою же руку. Щипка не вышло.

— К чему этот фарс? — между тем возмутился священник. — Что за нелепое желание?

— Я заплатил, чтобы ты не задавал вопросов, — вздохнул Эдгар. — Но так и быть, удовлетворю твое любопытство. Все это исключительно ради наследства. Мой дядя, видишь ли, скончался бездетным и завещал немалую сумму одному из сыновей своей сестры. Тому, кто первым женится. Но вот беда – я не хочу жениться. Мне нравится быть холостяком. Так как же быть? — задал Эдгар риторический вопрос.

Священник оказался сообразительным и догадался сам:

— Вы женитесь на покойнице до официального признания ее гибели. Я сделаю запись в церковную книгу о браке. А после обряда прощания я сделаю еще одну запись – о смерти вашей жены.

— Именно! — обрадовался Эдгар. — Я женюсь и тут же стану вдовцом. Условие дяди выполнено, наследство мое. Идеально.

Я восхитилась его изобретательностью. Надо же, какой сложный план разработал! На что только не пойдут мужчины, чтобы остаться холостяками. Кто-то даже на покойнице готов жениться…

Священник, повздыхав, начал брачную церемонию. Деньги-то взял, надо отрабатывать.

Я особо не вслушивалась в его бубнеж, так как была занята поисками выхода из диковинного сна. Все это, конечно, очень интересно, но мне пора на работу.

Пока я летала под потолком в поисках воздуховода, до меня долетали отдельные слова священника. Любопытно, что я их понимала, как и братьев. Только сейчас до меня дошло – все говорят на чужом, незнакомом мне языке.

До этого я знала лишь русский язык, командный и матерный, а теперь и еще выдуманный из мира снов. Да я полиглот!

— Мне неизвестно имя девушки, — признался тем временем священник.

Он в брачной церемонии как раз дошел до того места, где надо вписывать имена жениха и невесты в церковную книгу. А что писать в графе невеста – непонятно.

— Плевать, — махнул рукой Эдгар. — Придумайте что-нибудь. И поторопитесь. У меня свидание через час.

Я фыркнула. Тоже мне Казанова недоделанный.