— Ох, повеселил! Я знаю, что ты успешно сдал экзамен, чем, если честно, даже удивил меня. Не думал, что твой источник сможет восстановиться. Как ты это сделал, конечно же, не расскажешь? А жаль, такие знания терять очень бы не хотелось. Но выбора у меня, как ты понимаешь, нет.

— Слабый, но не неофит, -усмехнувшись, отвечаю я и буквально взрываюсь огнем…

Жаль, подмога не пришла,Подкрепленья не прислали.Нас осталось только два,Нас с тобою наебали.Все братушки полеглиИ с патронами напряжно.Но мы держим рубежи,Мы сражаемся отважно.Пушка сдохла, все, пиздец,Больше нечем отбиваться.Что ж, закурим, брат-боецНам от смерти не съебаться.Жаль, подмога не пришла,Подкрепленья не прислали.Что ж, обычные дела.Нас с тобою наебали.

(ХЗ. «Жаль, подмога…»)

Рука Виктора судорожно дергается в попытке достать меня ударом и даже успевает дотронуться до меня, давая огню возможность охватить ее. Щитов у него нет, поэтому мое пламя буквально за мгновенье выжигает его плоть, оставляя обугленный скелет. Что за идиот? Даже слабенький щит не догадался поставить. Но мне это на руку.

Отец же успел защититься, окутав себя воздухом, но сделал этим лишь хуже себе. Мое пламя — не обычный огонь, и прекрасно контактирует с его стихией. В результате он оказался в огненном кольце, практически ослепший от яркой вспышки.

Пламя вцепилось в его щит, подобно злобному псу, и стало его истончать. Он наугад швыряет воздушный кулак огромной силы. Промахивается по мне, но попадает в дверь, вышибая ее и расшвыривая в сторону охрану, что стояла за ней. Спасибо за помощь!

Делаю рывок к столу, рюкзак на плечи, перчатки на руки. Все за секунду. Опять вспышка, чтобы Мышкин ничего не видел — и бежать, бежать, бежать!

Сейчас меня спасут только быстрые ноги. Справиться с магистром воздуха я пока не смогу. Хотя мои каналы уже полностью восстановились, тело очень ослаблено недельным сном. Сейчас Мышкин растерян, выбит из колеи, но долго это не продлится. И пока он не собрался с мыслями и силами, мне надо за это время успеть оказаться как можно дальше от поместья.

Бегу вверх по лестнице, на ходу создавая огненный щит, максимально напитывая его эфиром. Проверяю иглы — все в норме. Теперь можно и повоевать. Но не хотелось бы, сначала надо восстановиться.

По всему поместью раздается рев тревоги. Все, не успел. Теперь надежда на щит и скорость. И да, никакой жалости. Сегодня я сею смерть. Губы сами стали шептать молитву Хранителя:

Последнее я прокричал, выпуская огненный шар в охранника, что вылетел на меня, замахиваясь водяной плетью. Клочья обгорелой плоти еще не успели упасть на пол, как я, резко отпрыгнув от летящего в меня вихря, отправил в полет иглу с эфиром.